Вытащив ключи из замка зажигания, Гермиона вышла из машины и захлопнула дверь, щелкая брелком сигнализации.

— Прошла тридцать одна минута, Грейнджер, — он постучал пальцем по стеклу дорогих наручных часов. Время перевалило за четыре часа утра, начинался рассвет.

— Ну пробки, что поделаешь! — она накинула на голову капюшон толстовки и нагнулась к щенку, терпеливо дожидаясь, пока тот оближет ее щеку. А Малфою вообще было не обязательно знать, что ночью заторов на дороге не бывает. Только если в дни, когда играет местный футбольный клуб…

Блондин устало зевнул, прикрывая рот кулаком в черной кожаной перчатке, и протянул девушке стаканчик из той самой кофейни через дорогу отсюда.

— Поскольку я лишил тебя сна, вот мои извинения.

Она округлила глаза, смотря на парня снизу вверх, но все же взяла напиток.

— Когда ты похож на нормального незаносчивого человека, пугаешь еще больше, — саркастично сказала девушка и пошла вдоль улицы.

— Да уж, твоя благодарность просто не знает границ, — съязвил парень и в несколько широких шагов поравнялся с ней. — И что же именно тебя пугает?

Но она не ответила, поэтому они молча спустились к реке и ступили на песчаный берег. Туман также укутывал Темзу, словно перина, а тихий шум волн даже успокаивал, хоть и было безумно сыро и промозгло. Гермиона наколдовала плед, трансфигурировав его из опавшего кленового листа, и постелила его на тот же камень, на котором они уже не раз сидели.

— Тебе не кажется странным, что щенок живет по такому режиму? — спросила Грейнджер, бессмысленно смотря на умиротворяющую гладь воды.

— Да эта собака просто вышла из ада, Грейнджер! Он разнес мне половину поместья, эльфы рыдают крокодильими слезами, — он развел руки в стороны, изображая поток слез, — когда видят очередную сгрызенную ножку старинного столика или стула, то просто впадают в истерику.

Девушка отпила напиток и, хихикнув, поймала удивленный взгляд парня.

— Прости, у меня настолько сдали нервы, что мне кажется это смешным, — она прикрыла рот рукой в надежде успокоить набиравший силу подкатывающий смех и, не выдержав, засмеялась в голос.

Малфой смотрел как девушка заливается смехом и сам понял комичность ситуации. Поместье, стоявшее крепостью несколько столетий, выдержавшее власть безумного Волан-де-Морта, стало рушиться при появлении маленькой собачонки! Он, смотря на Гермиону, тоже рассмеялся, вспоминая реакцию эльфов на каждую шкоду собаки. Еще никогда в жизни до этого момента не они его успокаивали, а он обещал восстановить всю мебель, лишь бы домовики прекратили рыдать.

Школьные враги несколько минут заливались смехом, хватаясь за животы, пока опустошено не выдохнули. У каждого из них был огромный груз на плечах, который давил все сильнее и сильнее, а такого рода разрядка, как смех, позволила немного расправить плечи.

Ник бегал у берега, ловил камушки, которые перекатывали легкие волны, и тихо тявкал на свое отражение. Вдруг он обратил внимание на блестящую монетку где-то в паре метров от берега и поплыл. В этот же момент поднялся ветер, разгонявший все сильнее и сильнее речные волны, уносящие маленькое тельце щенка.

Гермиона бросила взгляд на место, где недавно бегал щенок, и не увидев его там, подскочила с места, лихорадочно оглядывая берег. Ник громко запищал и, вытаращив глаза, со всех маленьких лап греб к берегу, однако волны все дальше уносили пса от берега.

— Малфой, где он?! — тревожно спросила девушка.

Тот встал и тоже стал оглядываться. Вдруг они услышали писк где-то вдали от берега. Не раздумывая, Гермиона побежала к воде, на ходу скидывая ботинки и куртку, и быстро погрузилась в воду, плывя по направлению к щенячьему плачу. Она старалась игнорировать холод, пробирающий до самых костей и сковывающий тело, сейчас не это было важно.

— Грейнджер, твою мать, ты что делаешь?! — орал на нее Малфой, но тоже стал сбрасывать с себя пальто и туфли. Быстро нырнув “щучкой” в водную гладь, он поплыл за гриффиндоркой. Гермиона плыла, что есть мочи, но тяжелая намокшая одежда не давала ей плыть так быстро, как она умела.

Щенок, увидев ее, жалобно запищал и снова сильнее погреб лапками, но силы были на исходе, а волны, разбуженные настоящим зимним ветром, стали накрывать его с головой.

— Где он?! — заорала девушка и стала крутиться вокруг себя. Нырнув под ледяную воду, она открыла глаза и в нескольких метров от себя увидела идущего ко дну Ника. Вынырнув, набрала побольше воздуха и снова погрузилась под воду.

Малфой, поняв, что произошло, повторил ее движение. Он плыл к собаке, когда заметил, что Грейнджер не хватило воздуха, и она поплыла наверх. Стиснув зубы, парень быстрее раздвигал руками мутную от песка и ила воду и, протянув одну руку вперед, схватил собаку за шиворот.

Гермиона вынырнула на поверхность и пыталась отдышаться, а ледяная вода сковывала тело и горло, заставляя зубы колотиться с удвоенной силой. Только она набрала воздух, чтобы снова нырнуть, рядом с ней вынырнул Малфой, с трудом держа одной рукой тяжелого щенка выше над водой. Но тот и вовсе не подавал признаков жизни.