Хомяк, громко разглагольствуя о сильнейшем стрессе, спрыгнул с рук Эля и бросился на поиски баночки. Пока он справлял нужду, Ася звонила в Париж.

– Там что, никогда не спят? – ухмыльнулась она, засовывая в рот мятный леденец.

– Работают по сменам, – ответил бывший с каждой минутой всё больше хмурясь.

Когда трубку взяли, Эль вздохнул с облегчением, но оказалось рано. В Париже давно следили за Алексеем по кличке «Розовый пони». Вот только на месте, что почувствовала магия Эля и заодно магия парижских детективов, оказался не колдун, а лишь его рука с печатью. Самого Алексея в Париже не было.

– Это просто… просто… – от возмущения Ася задыхалась. Схватила леденец и грозно засунула в рот. – Как так-то?

Эль хмурился:

– Мне это не нравится. Такое ощущение, что нас водят за нос.

– Да ладно? А я думала, только у меня мысли, что мы в полной… прострации.

– Кстати, о прострации, если я, конечно, правильно понял, – Василий вскарабкался на диван, – я там чуть-чуть запачкал баночку. Немнозко. Несварение на нервной почве.

– В больнице убирал? – сердился Эль. – Вот и здесь убери! Не до тебя сейчас. У нас тут…

– Всё плохо, я слышал.

– Так выходит я зря откапывала бабушку? – продолжала расстраиваться Ася.

Эль промолчал.

– Обалдеть, – переместила конфету за другую щёку. – Что же за невезение? Кошмар какой-то! Ужас! И почему в Париже только рука этого Пони? А где всё остальное?

– Если бы я знал.

– Я убрал. Там было немнозко.

– А ты хоть что-то знаешь?

– А что ты наезжаешь?

– Да потому что это была твоя идея лезть в гроб! У тебя вообще все идеи дурацкие!

– Я хоть что-то предлагаю, Карамелина! А от тебя какой толк?

– Я убрал, – повторил хомяк. – И перестаньте узе, вы как малые дети.

– Замолчи! – заорало два голоса.

Хомяк устроился на диванной подушке и обиженно запыхтел.

– Предложи хоть что-нибудь, Карамелина! Это ведь ты внучка Клавдии Семёновны! Вспомни, может, она что-то упоминала про маньяка или беспокоилась о своей безопасности! Поищи зацепки!

– Да как я могу искать зацепки, когда вокруг сплошная магия? И ладно бы нормальная, так нет же, бестолковая!

– Ты магию не обижай. Она мне жизнь не раз спасала! И бабушку твою выручала!

– Хорошо! – грозно сверкнула глазами Ася. – Хочешь от меня предложения? Предлагаю! Идти спать!

– Я её поддерзиваю, – подал голос хомяк. – Все устали, обеспокоены. Надо отдохнуть. Утром мы точно что-то придумаем.

Эль и Ася, мысленно насылая друг на друга несварение, метеоризм и прочие неудобства, разошлись по комнатам.

– А ты домой! – гаркнула Ася, выглядывая уже в пижаме, но всё ещё с леденцом во рту.

– А у меня… нет дома, – тихо произнёс Василий.

Вернулся и Эль:

– И где же ты жил?

– У Друга, – вздохнул хомяк, – то есть у Алексея.

– Что ж ты раньше молчал? – всполошились одновременно.

– Да вы и не спрашивали.

– Это ведь может нам помочь! – укорила его Ася. – Раз ты жил у него, то мог что-то заметить, узнать. Наверняка, ты видел нечто такое, что поможет поймать колдуна!

– Или хотя бы понять, что произошло в Париже, – подхватил Эль.

– Да я просто зил, – взгрустнул хомяк. – Мы дазе почти не виделись. Так что я вряд ли чем могу помочь. Я ничего о нём не разузнавал и не особо присматривался. Это зе было вначале, когда я на него ещё работал.

– А сейчас многое изменилось? – холодно поинтересовался Эль.

– Да. Я работаю на вас.

– Правда?

– Да-да! И очень постараюсь что-нибудь вспомнить. Но сейчас думаю всем действительно пора спать.

Вопросами зверька больше мучать не стали – разошлись по спальням, решив, что эту ночь тот может поспать в доме Аси. Но когда Василий совсем не по-хомячьи захрапел, Эль пробрался в комнату бывшей, едва не испугав ту до психушки, за что едва не получил телефоном по голове, и серьёзно заявил: