– Он не враг. Он меня спас...
– говорит сестра.

– Что?
– Харральд поворачивается к ней и видит что на боку, на бинтах у Джун расплывается алое пятно.

– Может быть вы уберете эту штуковину от моего горла?
– спрашивает незнакомец с едва заметным акцентом. Имперец, подумал Харральд, так только в империи говорят, точно имперец, что он тут забыл...

– Конечно.
– Харральд убирает клинки, позади него уже суетятся Ингвар и Серже, они подхватывают невесомое тело Джун, заворачивают ее в одеяло, дабы избежать позора, кто-то ставит в плечо обезболивающий и ее выносят из помещения.

– Ты идешь с нами.
– говорит Харральд незнакомцу. Тот поднимает руки вверх в знак согласия и кивает головой.

– Вот ведь чертова девка...
– повторяет Харральд, когда они сели во флаер и тот рванул вверх: - натворила делов...

Старый Игнуу, глава дома Харссон неторопливо выбивал свою трубку о пепельницу. Выбив, он протер чашку чистой тряпочкой, продул ее и пододвинул к себе пачку только что открытого табака. Сидящие рядом хранили уважительное молчание, следя за его руками.

– Так что мы будем делать, глава?
– не выдержал один из отцов дома, Локин: - надо что-то решать!

– Кхм.
– Игнуу поднял глаза на говорящего и некоторое время пристально смотрел на него. Говорящий сел и заткнулся. Игнуу подождал - не появится ли еще кто-нибудь столь же умный и желающий поговорить, обвел всех взглядом, но остальные отцы дома хранили молчание.

– Кхм...
– Игнуу забил трубку по новой, поднес к ней выкатившийся из очага уголек и выпустил клуб дыма вверх. Отца дома Харссон проследили за клубами дыма.

– Харральд...
– сказал Игнуу: - это твоя ответственность. Ты задурил голову Джун со своими тренировками. Поэтому ты несешь ответственность за содеянное.

– Да, Игнуу-са...
– Харральд наклонил голову. Сидящие в совете главы младших семей не могли сдержать злорадство - как же, Харальд-са сейчас получит по полной, а наказание за подобного рода деяния могло быть достаточно суровым.

– Значит мы разобрались кто за все отвечает. А теперь - за что именно отвечает Харральд-са.
– Игнуу выдохнул клуб табачного дыма и указал концом трубки на Харральда: - насколько я понял были убиты шестеро бойцов клана Амадея. При этом был также убит наш кровник, Эгнуу Вернис. Это верно?

– Да, Игнуу-са.

– Что же. Интересные времена настали, если долг крови дома Харссон взыскивает женщина.
– сказал Игнуу и снова затянулся. Повисло молчание, главы семей переглядывались, не понимая к чему он клонит.

– Что же, я полагаю Харральд-са несет ответственность за то, что воспитал Джун в несвойственном женщине поведении. А также за то, что взыскал кровный долг с Амадея. За первое он будет наказан.... например штрафом в размере трех сотен. А за второе будет награжден, в сумме причитающейся главе семьи, поквитавшейся с кровником дома. То есть пятьсот тысяч. Есть возражения?
– Игнуу еще раз обвел взглядом совет глав, но никто не торопился высказаться. Все молчали. Главы семей поняли к чему клонил Игнуу. Если они накажут Харральда и позволят истории выплеснуться наружу - это принесет позор всему дому и ослабление позиций клана. Но если умолчать о том, что мщение совершила девушка, то все будет как раз наоборот - дом Харссон взыскал долг крови и сделал это красиво. Ответственным за взыскание сделают Харральда, все будут думать что он всех вырезал, и дом Харссон не соврет ни на йоту. А Рикио подавится своим языком когда узнает об этом.

– И, Харральд-са... все же займись этой своей Джун. Нехорошо выйдет если кто узнает про это... или если она продолжит в том же духе.
– сказал Игнуу, пока все переваривали его решение.

– Да, Игнуу-са.
– Харральд коснулся лбом пола в поклоне: а что делать с этим военным, который ее вытащил оттуда?

– А что мы можем делать? Погоди, Монтис, не надо. Я понимаю что безопаснее было бы сделать так чтобы он пропал без вести. Но разве так поступают люди чести по отношению к тем, кто спас их близких? Стыдитесь! Страх - это для бесчестных. Поступайте из силы а не из страха.
– старик Игнуу закашлялся.

– Семья Харрсон даст лейтенанту кров и убежище на все время, что он будет в них нуждаться.
– сказал Харральд: - семья Харссон признает себя его должником.

– Кхм? ...
– сказал старый Игнуу: - впрочем кому как не тебе принимать подобного рода решения... а теперь, если вы не возражаете, я пойду спать... устал я сегодня...
– главы семей встали и неторопливо вышли, переговариваясь вполголоса между собой. Харральд остался сидеть на ковре.

– Харральд?
– Игнуу вопросительно поднял брови.

– Игнуу-са...
– Харральд осмотрелся, убедившись что все ушли: - дядя, что мне делать с Джун? Она отличный фехтовальщик и жаль будет если дом Рикио...

– Харральд...
– Игнуу покачал головой: - ну о чем ты говоришь? Главы домов никогда не признают женщину-бойца и ты знаешь об этом. Все что у нас сейчас осталось - это наши традиции и ценности. Если мы отбросим и это, то нам останется взять импульсники и взять под свое крыло работорговлю и семуту. Сейчас нам нельзя разделятся. Время встать всем вместе.