Он встал и расправил плечи. — Только не откладывай решение слишком надолго. Я не такой уж и терпеливый человек, Макрон. Доброго тебе дня.

В ту ночь настроение в таверне было мрачным. Когда Цинна ушел, Макрон закрыл двери и отослал проституток. Были некоторые жалобы на потерю возможных сделок с клиентами, но выплат из сундучка было достаточно, чтобы вызвать улыбку на их лицах. Как только женщины ушли, Макрон кратко обратился к остальным домочадцам.

Когда над Лондиниумом спустилась ночь, Петронелла подала остатки еды, приготовленной в тот день, а Макрон, Порция, Парвий и Денубий сели за ближайший к жаровне стол, который поддерживали горящим, чтобы обеспечить свет и тепло. Как только тушеное мясо было разложено по тарелкам, Петронелла заняла место подле мужа.

— Каков план, мой мальчик? — спросила Порция, вытирая остатки похлебки куском хлеба. — Мы не можем позволить себе расплатиться с обеими бандами. Ты не можешь рисковать, отказываясь служить ни Мальвинию, ни Цинне, и уж точно не можешь принять оба предложения.

Это была краткая оценка ситуации, и Макрон мрачно посмотрел на мать, прежде чем покачать головой. — У меня нет плана. Еще нет. Если бы только Катон был здесь. Он наверняка что-нибудь придумал бы. Он всегда так делает.

— Ну, его здесь нет, — отрезала Порция и ткнула в сына тонким пальцем. — Тебе решать. До твоего приезда все было достаточно плохо. Теперь ты сделал намного хуже. Мне было бы лучше, если бы ты остался в Риме. Я бы хотела, чтобы ты это сделал.

Петронелла нахмурилась. — Это не способ так говорить с Макроном. Если бы он не вложил половину денег, у тебя бы даже не было этого дела.

Порция не ответила ей прямо, но продолжила обращаться к Макрону. — Мне не нужна болтовня от какой-то охотницы за чужим золотишком. Скажи ей, чтобы она помнила свое место.

— Ты озлобленная старуха! — прорычала Петронелла. — Как ты смеешь?

Денубий уставился на свою миску, опасаясь быть втянутым в конфликт, в то время как Парвий смотрел на это с веселым выражением лица.

Макрон хлопнул ладонью по столу, заставив миски и чашки содрогнуться. — Яйца Юпитера! Вы двое дадите мне отдохнуть? Нет смысла желать того, что мы не можем изменить, мама. Мы здесь, и мы в дерьме, и нам нужно вырыть себе выход обратно. У нас не так много свободного времени. Меня поражает, что именно меня Мальвиний и Цинна хотят заполучить в свои руки первыми. Я могу выиграть для нас немного времени, если на время уеду из Лондиниума.

Петронелла выглядела удивленной. — Бежать с поля боя? Это не похоже на тебя.

Он раздраженно ощетинился. — Я не убегаю. Иногда нам нужно отступить и перегруппироваться, прежде чем вернуться в бой. Мальвинию и Цинне придется подождать, пока я не вернусь.

— Откуда? — спросила Порция.

— Из Камулодунума. Мне нужно разобраться с моими земельными претензиями. Чем раньше, тем лучше, пока все выбранные участки не будут заняты. Я возьму с собой Петронеллу. Ты достаточно хорошо справлялась с Денубием, прежде чем я появился. Парвий может помочь, пока нас не будет.

Выражение лица мальчика стало тревожным, и он умоляюще посмотрел на Макрона, а затем на Петронеллу.

— Все будет хорошо, парень. Просто делай, что тебе говорят. — Макрон перевел взгляд на Порцию, которая насмешливо фыркнула.

— И что нам даст, если ты уедешь в колонию на какое-то время? Мы по-прежнему столкнемся с той же проблемой, когда ты вернешься.

— Может быть. Может быть и нет. Зависит от того, как пойдут дела в Камулодунуме. Там сотни ветеранов. Хорошие люди, не находящиеся под влиянием банд. Если мне удастся уговорить кого-нибудь из них поддержать меня, мы, возможно, сможем разобраться с Мальвинием и Цинной. Или, по крайней мере, отговорить их от дальнейшего беспокойства.

— А зачем ветеранам помогать нам?

— По той же причине, что и я, я бы сделал то же самое на их месте. Если кто-то угрожает товарищу, другие придут ему на помощь. Кроме того, осмелюсь предположить, что найдутся те, кто захочет немного размяться, чтобы избавить себя от обычной рутины выхода на пенсию.

— Так ты это видишь? — спросила Петронелла. — Поселиться со мной в мирской суете недостаточно для тебя?

— Я этого не говорил, не так ли? Я говорил о других ветеранах.

— О да, конечно.

Макрон увидел, как открывается еще одна ловушка, и быстро пошел дальше. — Это будет стоить чего-то, но не больше, чем мы уже платим бандам. Как только я разберусь со своими делами в колонии, я вернусь с достаточным количеством мускулов, чтобы убедиться, что мы в безопасности.

— И как долго, по-твоему, они будут готовы оставаться? Мы не сможем платить им бесконечно. Кроме того, им нужно будет вернуться к своим фермам и делам в колонии. И как только они уйдут, мы снова будем уязвимы.