Другие всадники в испуге закричали что-то на своём языке и, боясь приближаться, метнули в него копья. Одно прошло сквозь шею, второе пробило грудь, третье пронзило бедро. Но Бренну всё было нипочём. Он переломил древки копий, чтобы не мешали, с такой лёгкостью, словно это были тонкие ветки, и ударом одного из обломков выбил из седла всадника справа. Затем, всё тем же древком, пригвоздил его к земле.

Тут, откуда ни возьмись, появился Вишневский. Он прыгнул сзади на лося, одной рукой обхватил третьего всадника за голову, второй перерезал ему горло и выбросил из седла. Оставшийся в живых всадник, поднялся под Купол, снял с пояса рог и затрубил так, что зазвенело в ушах.

«Подмогу зовёт», — подумал Хадар.

— Нам нужен пленный! — закричал он Вишневскому. — Надо узнать, кто они такие и откуда появились!

Вишневский кивнул. Сняв привязанную к седлу палицу, он ударил ногами лося по бокам и заставил его подняться в воздух в погоню за сбежавшим.

Бренн, тем временем, направился к Хадару. Обломки копий торчали из его тела, словно сучки из дерева. Хадар заметил, что во взгляде и движениях кукра что-то изменилось, будто переключилась программа, и он перестал узнавать Хадара. Старший агент понял, что сейчас его будут убивать. Видимо, как тогда в ладье, кукр получил приказ уничтожить его.

— Твою ж налево! — пробормотал он, доставая здоровой рукой кинжал, хоть и понимал, что это все равно что пытаться убить слона иголкой.

Мира металась наверху пагоды, словно девица в высоком тереме, и не знала, чем может помочь.

Увидев, что вместо ожидаемого Гая приплыл Хадар, она первым делом решила, будто агент убил его и теперь явился за ней. Это, конечно же, не на шутку её напугало, но Мира приказала себе не спешить с выводами и ждать, что будет дальше. А дальше с Купола спустились жуткие, похожие на демонов всадники на не менее демонических зверях — и закипел бой.

Когда появился Бренн и стал помогать Хадару, Мира окончательно перестала понимать, что происходит. До крови искусав губы, она напряжённо следила за разворачивающейся внизу баталией. Несколько раз порывалась спуститься и помочь Бренну с Хадаром, но оставался невыясненным вопрос: где Гай? И не станет ли она, спустившись, доверчивой овечкой, которая сама вышла к волкам?

Единственное, что Мира сделала, это заставила стрелы, которые всадники выпустили в Хадара, воткнуться в землю, не долетев до него. От напряжения у неё заболела голова, а из носа потекла горячая струйка крови. Впрочем, одну стрелу Мира всё же упустила из вида, и та настигла Хадара.

А затем из-за домов появился Гай, и сердце Миры сделало отчаянный рывок: живой! Слава всем богам! Живой!

На глаза навернулись слёзы, а лицо опалил жар. Она видела, как Гай убил всадника, захватил его зверя, отцепил от седла палицу с обшитым тёмным металлом навершием, и бросился в погоню за беглецом. Словно зачарованная, Мира смотрела, как они мчатся по небу, опираясь на воздух. В какой-то момент Гай поравнялся с окном, возле которого она стояла и, осматриваясь, взглянул на неё, но — не увидел.

— Останься в живых! — прошептала Мира. — Мне больше ничего не нужно. Только знать, что ты жив!

Гай почти настиг всадника-беглеца. Тот обернулся, издал леденящий душу вопль злости и ярости. Затем снял с пояса кривой меч и, развернув лося, поскакал навстречу Гаю. Сшиблись. Громко лязгнуло оружие, от удара металла о металл посыпались искры. Вцепившись в раму до боли в пальцах, Мира наблюдала за противниками.

«Нужно помочь Гаю», — подумала она и впилась взглядом в меч в руке чернозубого. Мысленно обхватила его руку у запястья, опустилась к ладони, сжавшей в тисках обмотанную кожей рукоять меча. Эх, если бы она умела управлять не вещами, а людьми! Тогда этот бой очень быстро бы закончился.

Стараясь не обращать внимание на головную боль, Мира состредоточилась на мече. Прошла взглядом по клинку, дотронулась до гарды. Ей показалось, что она сама стала мечом — холодным, гордым, безжалостным. Заставила меч шевельнуться в руке чернозубого. Тут же ощутила, растерянность мужчины, дрожь его руки.

Не скрывая злой улыбки, Мира начала медленно поворачивать меч, заламывая кисть мужчины и обращая остриё ему в грудь. Однако всадник не стал безропотно ждать, пока его убьёт собственное оружие. Зарычав, он вновь вывернул руку, обратив клинок на Гая. Но, всё же, драгоценное время было потеряно. Воспользовавшись его странным поведением, Гай ударил всадника палицей по рукам и выбил меч. Дико сверкнув глазами, всадник перепрыгнул на его лося и вцепился Гаю в горло. Они стали драться.

Мира переключилась на повод лося Гая. Заставила его обмотать шею врага и сдавить её. Всадник захрипел, выкатив жёлтые глаза.

— Нет! — заорал Гай, озираясь по сторонам. — Остановись! Он нужен нам живым!

«Догадался, что я помогаю», — подумала Мира, чувствуя, как в груди зажглось от гордости. Наверняка Гай не ожидал от неё таких способностей.

Между тем, он снял притороченную к седлу верёвку и связал противнику руки за спиной. После чего распутал удавку и привязал врага к седлу. Тот не сопротивлялся, полузадушенный поводом.