Шрифт:
– Я знаю, чего ты добиваешься. Хочешь, чтобы я опровергла его слова. Но я не могу. Ты - искусственный, я создала тебя, но это вовсе не повод…
Её голос утонул в коллективном гомоне негодования. И без того пропитанная враждебностью обстановка теперь накалилась до предела. Детонировала. Перекрикивая друг друга, присутствующие из числа Рэмиры вскочили со своих мест.
– Ложь! – громче всех рявкнул Маршал, на что Мур беспечно усмехнулся.
– Это не повод так напрягаться. Наслаждайся - ты живой, здоровый и вечно молодой. Твой оригинал был большей копией, чем ты, потому что помер немощным инвалидом. То же и со мной.
– Заткнись! Думаешь, что понимаешь меня? Ты?! Ты всего лишь вещь, к тому же бракованная, а я - человек! И то, что я презираю вас, лучшее доказательство! – Он обернулся на Марса. – Чего стоишь?! Пристрели её!
– Всё, что сказала госпожа Анна - правда, - возразил Марс, и до меня дошло, что Вёрджил доверил ему оружие, чтобы тот исполнял функцию детектора лжи. Он мог определять степень искренности человека по голосу, мимике и жестам. Полезная «вещица», если ты судья судей.
– И ты туда же?! – зашипел Маршал. – Может, ты тоже считаешь себя лучше людей? Лучше своего хозяина, а? Ты ещё не забыл, кому служишь? Я приказываю тебе стрелять. Пристрели их, и её - первую! Плевать – лжёт она или нет! Если она сказала правду, то заслуживает смерти тем более!
– Вы не можете… - попытался было советник, но уже в следующую секунду раздался выстрел.
Марс целился в Анну, но в последний момент её телохранительница рванула вперёд и загородила её собственным телом. Пуля попала девушке в шею, смертельно раня, несмотря на барьер, который, как мне казалось, способен остановить атаки любой силы и скорости. Узоры её татуировок начали стремительно бледнеть. Девушка качнулась вперёд и упала на стол, заливая его кровью. Кто-то закричал, а Анна схватила ещё бьющееся в конвульсиях тело, чтобы использовать его как щит.
– Спроси свою мать, она была заказчиком! – выкрикнула она из-за укрытия. – Она уговорила своего мужа пойти на это, потому что не могла смириться со смертью своего сына! Вёрджил Ирдэ умер, когда ему было десять, его невозможно было вылечить, только переписать генный код и создать идентичного человека. Из-за того, что мальчик всю жизнь прожил в изоляции, афера твоих родителей удалась блестяще.
Маршал запечатлелся с матерью? Это объясняет его слепую любовь к ней, конкуренцию с отцом и то, что от Питера в итоге избавились.
Когда Вёрджил потянулся дрожащей рукой к карману, я напряглась. Но парень всего лишь достал телефон и поднёс его к уху. Он хотел услышать единственного в мире человека, которому верил безоговорочно, чей голос мог увести эту разрывающую его изнутри ярость, боль, страх. В тот момент он мало чем отличался от обычного ребёнка, с которого безжалостно сорвали розовые очки.
– М-м… привет, мам… - пробормотал он, после чего поднял затравленный взгляд и осмотрелся. С десяток озлобленных лиц. Опрокинутая мебель. Кровь. Труп молоденькой девушки. Если так подумать, он уже в который раз выбирал чертовски удачные моменты для разговора с матерью.
Встав из-за стола, Маршал покинул зал, и Марс вышел следом, оставляя советника в окружении врагов Ирдэ теперь.
– Это… просто недоразумение… мы проведём семейный совет, на котором… - Он растерянно умолк, потому что сам вконец запутался.
Выругавшись, Анна выпустила из рук труп и обессиленно упала на стул, но Виктор заметил:
– Думаю, она тебе ещё пригодится.
Сам же он достал инъектор со стимулятором, прижимая его к шее, и охранник за его спиной последовал примеру хозяина.
Глава 40
– Что-то случилось, мой милый? – Когда в динамике зазвучал её голос, Вёрджил наконец смог протолкнуть воздух в грудь.
– Нет. С чего вдруг? Всё отлично.
– Ты никогда не звонишь, если всё отлично. Скорее всего, ты опять забрался в какое-нибудь паршивое место и уже успел подраться. Надеюсь, ты никого не убил?
– Нет, что ты… - Он замялся. – Только испортил кое-какие вещи.
Она только беззаботно рассмеялась.
– Всё нормально. Болезнь отобрала у тебя детство, отыгрывайся за это, как твоей душе угодно.
– Слушай, мам, я как раз об этом… насчёт моей амнезии…
– Ты что-то вспомнил? – Она радостно воскликнула.
– Я же говорила им, что однажды ты обязательно всё вспомнишь!
– Нет, я… я давно хотел у тебя спросить… Если я был глухонемым, я ведь знал язык жестов… да?
– Конечно, ты ведь учился, несмотря на своё заболевание. Я всегда знала, что однажды ты выздоровеешь и станешь нашим господином, и тогда эти знания тебе пригодятся.
– Я не помню этого, - прошептал Вёрджил.