Кстати… я аж остановился от пришедшей мысли: надо бы строителям сказать, чтобы в первую очередь привели в порядок конюшни. Дом-то ещё худо-бедно держится, а этих всех куда девать-то?

Это поручение я передал, сделав крюк и на секунду заскочив домой, перед тем, как рвануть на рудники. Следовало забрать Оркиса, и с ним вернуться на рынок. С этими мыслями я и выехал на тракт, оставляя за спиной городские ворота.

— Вы уверены, господин? — Оркис в очередной раз растерянно смотрел мне в глаза.

Я вздохнул, ободряюще положив руку на его плечо: за управляющим мы съездили довольно быстро, я решил сначала заехать вместе с ним в поместье и более подробно обговорить предстоящую покупку, чтобы не соваться на рынок абы как. И вот теперь уже несколько минут буквально уговаривал мужчину взяться за организацию закупки оборудования. Ощущал при этом себя максимально странно, учитывая нашу существенную разницу в возрасте.

— Я вижу, что вы сомневаетесь, — проговорил проникновенно, пододвигая к Оркису лёгкий, будто пёрышко, чек с приличной суммой в три сотни золотых.

— Да, если честно, — управляющий даже слегка отстранился от столь ценного клочка бумаги. — Меня пугает такая ответственность. Я не понимаю вашего доверия, — совершенно искренне ответил Оркис, разводя руками. — Ещё вчера мне бы и текущая обстановка показалась сном. А теперь вы вновь всё меняете. Да хранит вас великая четвёрка, господин Самвель!

В голосе мужчины было столько смешанных чувств из страха, восхищения и благодарности, что я лишь очередной раз убедился, что правильно выбрал управляющего. Как минимум до той поры, пока деньги его не испортят. Если это вообще произойдёт.

Он всё-таки протянул руку и легонько коснулся чека кончиками пальцев, я же, ловя момент, хлопнул в ладоши:

— Вот и решили. Берите золото и закупайте оборудование, пора работать.

Оркис вздохнул, видимо, понимая, что я не отстану, и соглашаться всё равно придётся. Больше-то всё равно некому. Взял чек подрагивающей рукой, как если бы этот листик бумаги был самой большой ценностью в его жизни.

— Помогите мне, лэр Оркис, — попросил, серьёзно смотря в глаза мужчины, обращаясь к нему так, как обычно говорили со свободными, занимающими определённый пост людьми. — Одному мне не справиться. А я сделаю так, чтобы вы и ваши люди больше не нуждались в еде, крове и деньгах, — глаза управляющего округлились. — Да, я буду выплачивать вам всем некоторую сумму. Копить на свободу или тратить их на что-то другое — это будет их личный выбор. Пора менять подход, понимаете?

Управляющий судорожно кивнул, с трудом сглатывая. Я только вздохнул, радуясь, что удалось разрулить этот вопрос. С шахтами надо было разбираться как можно быстрее, наладить там нормальную жизнь и работу. Сегодня я объявил выходным днём для всех рабов на рудниках. На работе остались только постовые, расставленные Никсом. Ну и относительно заняты были ещё десять рабов, которых я приказал Оркису взять с собой в качестве рабочей силы для транспортировки оборудования. Но против работы на рудниках это можно было считать полноценным выходным.

Как раз сейчас вся эта десятка переминалась с ноги на ногу во дворе дома, стоя у калитки и ожидая, пока мы с управляющим договоримся. И вот Оркис на нетвёрдых ногах покинул кухню, которая на данный момент служила мне ещё и кабинетом. Я кивнул Никсу, который выделил пару воинов для сопровождения управляющего, проводил его прямую спину взглядом, понимая, что впервые принял столь значительное по расходам решение, которое должно было принести изменение в жизнь довольно большой группы людей. Существенная ответственность легла на мои плечи. Но хотелось верить, что я справлюсь.

Встряхнулся, прогоняя оцепенение, и внезапно осознал, что мой день освободился. Не было острой нужды куда-то бежать, что-то решать. Садовник за окном высаживал цветы, молодые саженцы деревьев, с большой любовью поливая их водой и приправляя удобрениями. Рабочие, что явились утром, уже принялись реставрировать поместье, заполнив его материалами. Пахло деревом, оливой, красками. Стоял непрекращающийся треск пилы, стук молотков и чего-то ещё — я не был слишком силён в строительном инструменте. Но от такого шума хотелось куда-нибудь сбежать.

И тут же память подкинула прекрасный повод: я же обещал Амелии прогуляться с ней! Настало то самое время. Поднялся, смахнул с плеч невидимые пылинки, покрутился, ловя своё отражение в окне.

— Асил, я скоро вернусь, — предупредил зашедшую на кухню девушку.

— Подождите, — она приблизилась, критически осмотрела мой вид, уверенной рукой поправила на макушке выбившиеся волосы, оценила результат и довольно кивнула. — Теперь можно идти.

И я в очередной раз задумался над тем, как много знает или о чём догадывается Асил. И тут же вспомнил об одном очень важном моменте: