— Выходит, ты не из Кресты? — спросила Эмильда.

— Ага, — подтвердил Кортус. — Мы с отцом переехали сюда из Хорли два года назад после… одного инцидента.

А вот это надо запомнить. Сосед всё никак не хотел мне рассказать, как получил III группу крови. И как вообще стал магом. А может, просто не мог? Некоторые «инциденты» было психологически сложно перенести.

— Мы на месте, — заявил Кортус спустя несколько минут.

Мы остановились напротив двухэтажного барака. Он отличался от других наличием полуподвального помещения. К нему вела покрошившаяся каменная лестница. Над дверью висела небольшая закопчённая табличка с надписью «У Роберто». Из немногочисленных окон, расположившихся у самой земли, бил приглушённый свет.

Даже на улице был слышен мощный запах табачного дыма.

— Ну что, план вы знаете, — начал я. — Заходим внутрь, занимаем свободный столик, заказываем выпить, прислушиваемся к разговорам.

— А если что-то пойдёт не так? — спросил Кортус.

Я достал из широких карманов брюк две небольшие фляги и раздал их. Третью оставил себе.

— Если что-то пойдёт не так, мы будем пить свой алкоголь? — усмехнулась Эмильда, пряча флягу внутри плаща.

— Ха-ха, очень смешно, — съязвил я. — Это кровь, вы знаете, что с ней делать.

Внутри курильни оказалось немноголюдно. Три столика в углу были заняты группой мужчин. Ещё пара человек сидела у скромной барной стойки. Правда, она больше походила на широкую, крепкую доску, водружённую на две бочки. Все бросили на нас короткие взгляды, затем вернулись к своим делам.

К моему удивлению, здесь оказалось газовое освещение. Четыре лампы висели по углам. В воздухе застыл плотный запах табака и как будто бы даже висела дымка.

Я указал Кортусу с Эмильдой на стол у окна, а сам пошёл к бармену. Лысоватый мужчина встретил меня угрюмым взглядом.

— Курить или выпить? — спросил он, прикуривая сигарету от спички.

— Выпить, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.

Это было сложно сделать, так как я обычно использовал дыхательные упражнения. Здесь же мне хотелось закашляться от каждого вздоха.

К тому же меня не покидало ощущение нависшей угрозы. От него даже потихоньку начинали дрожать руки. И ещё эта непонятно откуда взявшаяся тяжесть в груди.

Так, успокойся, Лестер. Всё будет хорошо.

— Что будешь пить?

— Пиво есть?

Бармен отрицательно помотал головой, затягиваясь сигаретой.

— Вино?

Вновь мотание головой.

— Ты что, педик? — буркнул пьяный голос сбоку.

Я не обратил на него никакого внимания.

— Что тогда есть?

— Только самогон, — невозмутимо ответил бармен.

Сдержав ругательство, я сказал:

— Давай бутылку и три рюмки.

Расплатившись и взяв всё в руки, я повернулся к нашему столу. Помимо Кортуса и Эмильды, за ним сидел какой-то мужчина. Он красноречиво положил руку на стол, сжимая до боли знакомый предмет.

Сердце в груди забилось быстрее.

На ватных ногах я пошёл к ним, сжимая вспотевшими руками бутылку с рюмками.

— А, сеньор ла Донжи, — расплылся в улыбке мужчина с тонкой бородкой вокруг рта.

Он указал револьвером на свободный стул.

— Мы как раз ждём только вас.

5 лет назад

«— Спокойствие, — говорила мама в тот день. — Только спокойствие.

Мы сидели в саду нашей столичной резиденции, спрятавшись от глаз всех слуг. Мама уже давно приметила небольшой пятачок газона, удачно окружённый кустами и деревьями. Нас не было видно даже из дома. И это отлично подходило для наших целей.

Не удержавшись от её слов, я невольно рассмеялся. Даже раскрыл глаза, что делать было запрещено.

Мама недовольно приподняла светлую бровь. Но она продолжила сидеть на пледе с закрытыми глазами, держа спину прямо.

— Что такое?

— Мам, ты прям как Карлсон, — хохотнул я.

— Это ещё кто?

— Ну дядя такой. Он ещё на крыше живёт.

Мама открыла золотые глаза и с тревогой посмотрела на меня.

— У нас на крыше живёт какой-то дядя? — спросила она встревоженно. — Откуда ты узнал, лисёнок? Ты с ним говорил?

Я опять рассмеялся, чем поставил её в ещё больший ступор.

— Ну нет же мам, он же выдуманный. Ты что, забыла? Мы же вместе смотрели… ну, как это называется…

На языке вертелось необычное слово, которое я никогда не слышал. Но вместе с тем такое знакомое…

— Ну у него на спине ещё винт как у кораблей.

Встревоженный взгляд мамы растаял. В уголках глаз появились весёлые морщинки.

— Сынок, ты, конечно, выдумщик! Иногда мне даже кажется, что ты не от мира сего.