Тот от неожиданности отпустил Надежду и попятился.

Женщина в черном резким движением сдернула с него респиратор и брызнула в лицо из блестящего баллончика. Мужчина закашлялся, захрипел и упал на колени. У него было смуглое лицо и густые вьющиеся волосы, только не черные, а с проседью. А главное – глаза… Надежда Николаевна вспомнила рассказ тети Лины, которая видела этого человека сорок лет назад. Особенно ее поразили его глаза – черные, горящие, и такое в них плескалось зло… Ему тогда было примерно лет сорок, значит, сейчас, стало быть, все восемьдесят. Что ж, он неплохо сохранился…

Женщина в черном платье схватила Надежду за руку и потащила к двери. В какой-то момент свет упал на ее лицо, и Надежда Николаевна заметила на ней черную шелковую маску с прорезями для глаз.

Это точно была не Лена Левицкая… Не та фигура, и голос совсем другой, только платье похоже…

Надежда почувствовала боль и скосила глаза на руку незнакомки – маленькую смуглую руку с тонкими пальцами и маленькими острыми ноготками, похожими на птичьи коготки. Эти коготки болезненно врезались в руку Надежды…

– Больно же! – проговорила она.

– Потерпишь! – прошипела незнакомка.

Они выскочили в очередной коридор. Здесь меньше пахло дымом, зато потянуло холодным свежим воздухом.

Женщина сделала еще несколько шагов и подтолкнула Надежду к открытой двери:

– Беги!

– А ты как же? – заикнулась было Надежда Николаевна, но незнакомка так сильно толкнула ее в спину, что Надежда едва не упала, а когда очухалась и крепко встала на ноги, то дверь захлопнулась.

Хорошо, что у Витебского вокзала поймать такси было несложно, хотя и пришлось обойти здание по периметру. По закону свинства пошел дождь, и Надежда, конечно, промочила ноги в легких нарядных туфлях.

В машине она посмотрела на часы и обомлела: двенадцатый час, муж вполне мог вернуться раньше ее. И что она ему скажет? Тут не отговоришься, что маму навещала. В таком-то виде!

Таксист всю дорогу демонстративно оглядывался и втягивал носом воздух. Ну да, от нее небось несло дымом, как от пионерского костра. «Здравствуй, милая картошка-тошка-тошка, пионеров идеал-ал-ал…»

– Конец маршрута, – сказал навигатор женским голосом.

Надежда забыла предупредить таксиста, чтобы остановился чуть в стороне, и машина с шиком подкатила прямо к подъезду. Под козырьком толклась неизменная Антонина Васильевна. Вот какого черта ей нужно на улице без малого в полночь?

– Ой, Надя! – заговорила соседка. – А у меня голова что-то разболелась, решила перед сном погулять. И смотрю – ты это или не ты? С вечеринки, что ли?

– У подруги день рождения справляли, – неохотно буркнула Надежда.

– Девичник, что ли? – понимающе заулыбалась Антонина, но Надежда Николаевна, не отвечая, проскочила в подъезд.

Мужа, к счастью, еще не было, в темной прихожей под ноги Надежде попался встрепанный и очень недовольный Бейсик и тут же заорал дурным мявом.

– Уймись ты! Сгинь с глаз моих! – шикнула Надежда и, запершись в ванной, сбросила платье и засунула его в корзину с грязным бельем, после чего отправилась под душ.

Наскоро сполоснувшись чтобы смыть запах гари, она поспешила убрать следы преступления – мокрые туфли, сумку, брошенное пальто, но не успела. В прихожей стоял муж и задушевно разговаривал с котом:

– Ты мой дорогой… Как же я по тебе соскучился…

С первого взгляда Надежда поняла, что Сан Саныч здорово пьян. Такое с ним случалось крайне редко, едва ли не пару раз в жизни. Поэтому она не удивилась: ну пошел мужик без жены к старым друзьям, вспомнили молодость, он и не рассчитал силы, с кем не бывает?

Кот, однако, Надеждиных взглядов не разделял. Такой хозяин ему не нравился, он попятился и зашипел.

– Надя, почему он так со мной? – обиделся Сан Саныч.

– Раздевайся и проходи уж, – сказала Надежда, заметив, что муж даже не закрыл входную дверь.

Она вышла на площадку, чтобы проверить, все ли в порядке. Дверь и там оказалась не закрыта. Надежда Николаевна покачала головой, а вернувшись в квартиру и обнаружив, что Сан Саныч пристраивается поспать на пуфике в прихожей, засмеялась. Однако, после того как она провозилась с мужем часа полтора, ей было уже не до смеха. Одно хорошо: он не заметил ее мокрые туфли и брошенное пальто.

После ухода Надежды Антонина Васильевна собралась было домой, но тут снова подъехало такси, из которого вышел Сан Саныч и заспешил домой. Несмотря на то что Недреманное Око была женщиной заметной и стояла прямо у подъезда, сосед ее не заметил.

«Все ясно, поссорились, – поняла Антонина Васильевна, – оттого и Надежда такая встрепанная явилась. И здорово, наверно, поругались, иначе не стали бы на два такси тратиться. А вот отчего поругались-то?» – задумалась было она и тут же сама себе уверенно ответила: вполне может быть, что муж Надежду приревновал. Потому что платье на ней было слишком нарядное – это раз, макияж слишком яркий – это два, и выглядела она виноватой – это три.