Незнакомый. В наушниках. И в капюшоне. Чёлку ещё опустил так, что глаз и не разглядишь… это кто вообще? Что за брюнет? Ильюшка у нас блонди, как и я. Только коротко стриженный. А этот — ещё и обросший.

Итак, я его точно не знаю. Отлично! Это всяко лучше, чем чертов потаскушный Ронин.

Да и он, кажется, меня не замечает, так что можно спокойно ускользнуть, разрешив себе забыть это дурное время, будто его и не было.

Делаю ещё один шаг и вдруг замираю, когда этот мальчишка отрывается от клавиатуры, на которой точно выбивал что-то и тут же бросает краткий взгляд на моё распластавшееся по стене тело.

Я прям чувствую его удивление.

И ещё есть шанс убежать, ибо в эту секунду он прочищает горло и возвращается к экрану, но уже спустя миг опять смотрит на меня, искривив сочные губы. Поздно.

— Хааай, а взрослые дома есть? — Тяну виновато. — Я тут ухожу уже…

Брюнет выдыхает и вдруг мотает головой, словно говорить мне вообще не стоило.

— АФэКа***, - стягивает наушники, обратившись к кому-то.

Ммм, красивый голос, кстати. Успеваю встать прилично и даже улыбнуться, думая оправдаться, что это всё недоразумение, но уже в следующую секунду этот откатывается на компьютерном стуле вправо и с грохотом закрывает ногой дверь, превращая всё увиденное в полную темноту.

А он, на секундочку, в боксерах и незакрытой толстовке там… то есть, почти раздетый. Кем раздетый? Мной или сам? Это явно плохой знак! И особо “взрослых” походу не было. Ибо его поджарое тело с едва промелькнувшим прессом могло мне ооочень понравиться, и кто меня знает, что моя дурная натура могла ещё натворить.

Сглотнув и пошатнувшись, хлопаю ресничками, гадая, настолько ли ужасно выгляжу сама, что на меня просто махнули. И, уже решившись уйти, вдруг слышу всё тем же растекающимся тоном:

— Продолжаем. Нет, dog, я один. Да, совсем один.

У меня почти успевает вылететь на это мурлыканье “а как же я? Я что, хуже какой-то собаки?”. Но к чёрту всех этих миленьких маленьких мальчиков. Всё! Пора домой.

Блин, даже не попрощается… неужели старею?

____

* здесь и далее, Mary Gu — “Я не прощаю”, 2018.

** “епт” — здесь и далее, переводим исключительно как “естественно повышенный тон”. Аллочка у нас “совсем не ругается” матом, нет-нет-нет.

*** АФК ("Away from keyboard") — "Я отойду на минутку". Часто используется в чатах (в контексте "мне пока что не писать"), а также в онлайн-играх, если кто-то срочно куда-то отошел.

“Но я молчу по-прежнему, Я же такая вежливая”

На секундочку, Аллочка.

У двери находятся туфли и лёгкая накидка, я даже умудряюсь найти клатч и раздобыть собственный смартфон. Да и на стене отсвечивает огромное зеркало, так что включаю фонарик и целую минуту остаюсь здесь, вглядываясь в получившийся винегрет, который ещё вчера звался Аллой Арнольдовной.

И прекрасная Алла — это статная, красивая, изящная замужняя леди, а не эта распутная девка с горящими глазами.

Сейчас я выгляжу так… как того и заслуживаю.

Всё, с алкоголем завязываем. Да и единственный живой человек в этих стенах не спешит выйти и проводить меня. Не скажу, что это радует, скорее — озадачивает. Всё настолько плохо? Лучше не уточнять. Просто вздыхаю и вызываю такси, доверившись включенной геолокации.

Ну да, центр. Недалеко, кстати, от “Эризоны”, из которой меня и увезли. Он увез? Сколько ему лет? Но работает, наверное… ибо малолеток бы не пустили в “Эри…”, там всегда было строго с паспортным контролем. Да и у нас был выкуплен весь зал — я же не стала бы подцеплять этого мальчика на улице? Или стала бы?

Каблуки еле надеваются, походка не становится ровнее. Но всё равно стараюсь максимально бесшумно вылезти из квартиры, закрыв за собой дверь. Даже ожидая лифт, я зачем-то надеюсь, что этот парень вылезет попрощаться. Неа, видимо, я точно сдаю.

Даже во времена моей бурно отжигаемой молодости и бурно гасимой глупости такого не было. Нет, я могла проснуться где-нибудь… но вещи собирать по квартире и натыкаться чуть ли не лицом на закрытые двери ещё не приходилось. Вот, значит, какая старость… ммм, бурная. Хотя верно, почти восемь лет брака с Антоном и паршивое расставание сделали своё скудное дело.

И теперь приходится выползти через пустой холл на первом в майскую прохладу, дойти до спящей сторожки и запрыгнуть в подъехавший Дастер на заднее сиденье, осмысливая всю свою бренную жизнь. Кажется, я окончательно сворачиваю в тупик. Поездка тянется до пяти утра, так что прошу водителя остановиться чуть раньше, расплачиваюсь и с трудом доползаю, держась за перила, до круглосуточной аптеки.

Пугаю бедного фармацевта своим видом и скупаю три антипохмелина, пытаясь ещё улыбаться.

Следом обхожу дом и ныряю в третий подъезд, поднимаюсь на первую лестничную клетку и прямо у нужной двери роняю ключи, решившие выскочить из моих подрагивающих пальцев.