Егор подошёл, обнял, прижал к себе, погладил волосы, вдохнул такой любимый запах.

— Чего со мной случится? Я здесь дома как-никак.

— Мало ли, — хитро улыбалась Настя.

За ужином она сказала, что был приказчик из волости, сказал, что заедет завтра. У него какое-то дело есть, просил ждать.

— Он куда поехал?

— В Туманшет. Целая сумка бумаг. Я его накормила, а то как же по морозу да голодному?

— Умница ты у меня. Больше ничего не говорил?

— Сказал, что в волости неизвестно о нашей заимке, но это хорошо, что она есть. Ещё он сказал, что разговор у него к тебе долгий.

«Что за разговор? — стал размышлять Егор. Усталость словно рукой сняло, всякие мысли полезли в голову: — Приказчику из волости понадобился. Это из самого Шиткино. Может, что с отцом случилось?»

Настя отвлекла от мыслей, заставив всё забыть: уютно примостившись под боком, она промолвила:

— Егоша. — Так она одна называла его. — У нас ребёночек будет. — И спряталась под одеяло.

Какое-то время Егор лежал, не понимая сказанного, потом откинул одеяло и спросил тихо:

— Правда?

Настя кивнула в ответ и виновато заулыбалась. Все другие мысли сразу куда-то улетучились, и Егор тоже лежал и улыбался, представляя, как он с сыном будет ходить на охоту. Почему-то сразу подумалось, что будет сын.

На другой день он не находил себе места. Этого самого приказчика всё не было и не было. И только под вечер, когда уже собирался сам ехать в Туманшет, во двор въехала повозка. Егор как раз был во дворе Человек в большом овчинном тулупе был довольно весел.

— Встречай, хозяин! — крикнул он и вывалился из саней.

Егор поднял ездока и повёл в дом.

— Ручкин, Илья Ильич, — представился он. — А вы будете Камыш- леев Егор?..

— Мой отец — Пётр Фомич.

— Егор Петрович, значит, так и запишем, — сказал он и весело засмеялся. — Я здесь по казённой надобности.

— Илья Ильич, может, поужинаем сначала, а потом и поговорим? — предложил Егор.

— Согласен, — сказал чиновник и снова рассмеялся.

Настя быстро собрала на стол. И горячее из русской печи томлёное мясо, и разные закуски: солёные грузди и рыжики, малосольные хариусы. Егор принёс бутылку вина, купленного на всякий случай, сейчас это было к месту. Засиделись допоздна. Егор предложил все дела отложить на завтра, чтобы со свежей головой всё решить, на том и остановились.

Утром, попив чаю с таёжными травами, гость выглядел бодрее, разложив свои бумаги на столе, он спросил:

— Егор Петрович, давно вы здесь живёте?

— Десять лет уже как построились.

— У нас вашей заимки нет на учёте. Я вам расскажу причину моего приезда к вам, а потом поговорим. В связи со строительством железной дороги, а также по плану заселения Сибири в наши края будет переселяться много народу. В Туманшете мы создали поселенческий участок, там уже неплохая деревня, и на первое время будет где остановиться семьям, которые приедут сюда. Старшим там Игнат Комов. Мы с ним всё обговорили, составили договор. Хороший хозяин, толковый мужик. Он о вас отзывался самыми добрыми словами.

— Спасибо. Я о нём тоже ничего плохого сказать не могу. Он мне помог на первых порах.

— Это хорошо, сладите с ним по-доброму. К вам дело такое. Игнат сказал, что у вас есть небольшая лесопилка.

— Есть. Но я её собирался закрывать.

— Почему? — поинтересовался Ручкин.

— В Суетихе, куда я продавал большую часть материалов, строят большую лесопилку, мне за ней не угнаться.

— И не надо, здесь скоро понадобится много стройматериалов. Кирпич делаете?

— Пока делаем.

— Не прекращайте. Давайте заключим договор: мы вам оплачиваем работу вашу, а вы пилите материал для строительства домов, делаете кирпич. Для поселенцев государством выделены деньги, часть из них будет выдаваться им на руки, а другая часть, чтобы не пропала, будет выплачиваться вам как производителю, а вы будете давать материал по специальной бумаге, которую мы дадим поселенцам. Те бумаги будут пофамильными, по ним два раза не получишь ни денег, ни материалов. И ещё, Егор Петрович, как вы смотрите, чтобы здесь поселить прибывших, рядом с вами? Места здесь хорошие. Рано или поздно, но здесь всё равно поселятся люди, лучше, если это будет организованно, чем как попало.

— Я уже думал, — сказал Егор, — рядом с домом место не очень хорошее для деревни. Одна-две усадьбы — куда ни шло, а для деревни место есть здесь недалеко. Я потом покажу.

— С вами хорошо решать вопросы, — улыбнулся Ручкин. — В договоре так и запишем: для поселения рекомендуется деревня… Камыш- леевка. Вы не против такого названия?

— Нет, не против. — Егор покраснел от неожиданности.

— Я так и запишу в договоре, что в деревне Камышлеевка можно расселить пятьдесят семей с самостоятельным строительством. Помощь и содействие представляет Камышлеев Егор Петрович. Предоставляется лес для строительства домов и прочих построек, а также кирпич, доски, и он же организует доставку гвоздей, стекла и прочего материала. Егор Петрович, я вам под расписку выдам сейчас деньги на заготовку всего этого, а потом, по мере расходования, вы будете отчитываться и получать ещё деньги. Вы, наверное, подумали: почему же мне такая вера? Возьму деньги и сбегу. Есть такие мысли?