Сегодня на линии фронта в Цзянбэе было холодно и промозгло, а десять лет сжались до одного цуня [2]. Хватило одного шага, чтобы пересечь это расстояние.

К несчастью, даже если Чан Гэну и удалось за одну ночь преодолеть десять лет, войска Запада на другом берегу не переставали плести интриги.

Той ночью конфликт между верховным понтификом и посланником из Святой Земли наконец увенчался победой последнего. Они единогласно решили произвести неожиданную атаку на флот Великой Лян.

Нападение было назначено на сегодня, но не успела армия Запада воплотить план в жизнь, как из дозорной башни пришло донесение, что Великая Лян усилила оборону. Объявлен был наивысший уровень опасности, как при чрезвычайном положении.

Господин Я поспешил подняться на борт флагманского судна, уже готового к бою и работающего на полную мощь.

— Ваше Святейшество! Гу Юнь приехал слишком быстро. Очевидно, что флот Великой Лян не настолько неопытен, как мы полагали. Противник усилил линию обороны. Нам не выгодно теперь их атаковать, если мы на это решимся, то...

Посланник не дал ему говорить и сразу возмущенно перебил:

— Никто не вправе отменить мой план!

Что касается отношений между Святой Землей и армией, то тут посланник представлял интересы влиятельных аристократов и своего короля. Кроме того, как крайне одаренный молодой господин он пользовался их полнейшим доверием. Он отличался высокомерием и безрассудством — ещё несколько дней назад этот гений хвалился, что сможет пересекать моря, ни во что не ставя ни армию, ни флот Великой Лян, ни главнокомандующего Чёрным Железным Лагерем. И вот сегодня он неожиданно получил плевок в лицо, так его ещё и вынуждали отказаться от своего плана!

Подобного удара гордость посланника не вынесла.

Верховного понтифика тоже это беспокоило:

— Прошу вас не принимать решения, исходя из личных обид. Война — это не шутка и, тем более, не способ выяснить, кто из нас лучше!

Посланник покраснел и яростно возразил:

— Никто не воспринимает войну как шутку, Ваше Святейшество! Если наш противник блефует, что это доказывает? Именно сейчас лучший момент для атаки!

— Что, если они не блефуют? — не преминул спросить господин Я.

— Да быть того не может, — с мрачным видом заявил посланник. — Их жалкий флот совершенно бесполезен. Вы боитесь рисковать...

— Что за нелепые оправдания! — возмутился господин Я.

— Следите за языком, — холодно отчитал его посланник. Он отвёл взгляд и вытащил из рукава свиток пергамента. — Я сюда не за советами пришел, господа. Полчаса назад я подписал высочайший указ от имени Святой Земли. Это копия. Прошу вас внимательно её прочитать.

От гнева лицо господина Я пошло красными пятнами. Не успел он возразить, как морское чудище, на борту которого они все находились, протяжно загудело. Похоже, посланник плевать хотел на их мнение и, никого не слушая, отдал приказ!

— Вы сошли с ума?! — взревел господин Я. В ярости он обнажил меч и закричал: — Немедленно остановитесь!

Посланник не дал слабину, а выхватил свою великолепную шпагу.

— Отдать жизнь за короля и покрыть себя вечной славой — это великая честь! Мы не для того ехали на передовую, чтобы прятаться в гавани и, стоя на коленях, молитвы читать!

— Да что ты...?! — воскликнул господин Я.

— Довольно! — закричал верховный понтифик.

Посланник холодно усмехнулся:

— У Вашего Святейшества будут иные указания?

У верховного понтифика дёрнулась щека. Ничего не оставалось, кроме как пойти на компромисс, ведь судно уже тронулось.

— Раз мы вынуждены следовать твоему идиотскому плану, пусть на поле боя командуют мои люди.

Посланник не имел ничего против того, чтобы в случае провала свалить вину на понтифика. Он торжествующе посмотрел на господина Я и холодно усмехнулся. После чего убрал шпагу в ножны и громко распорядился:

— Полный вперёд!

Той ночью флотилия морских драконов Запада рассредоточилась вдоль длинной линии фронта в Лянцзяне, незаметно обогнула Северобережный лагерь и во имя Господа приготовилась к высадке на берег.

Тем временем, за тысячи ли от них, на северной границе, восемнадцать племён отправили на переговоры с Великой Лян вторую дипломатическую делегацию.

Цао Чунхуа лично прибыл на северную границу. Вместе с Чэнь Цинсюй ему уже раньше доводилось проникать в северные степи, он прекрасно изучил племена Небесных Волков. Учитывая сложную обстановку на северной границе, он отправился на встречу с послом северных варваров вместе с Шэнь И, выехав за линию оборонительных укреплений Чёрного Железного Лагеря.