Телепорт, который темные эльфы использовали для отправки молодого наемника в людское королевство, перенес его практически к собственному порогу. Площадка с выгравированными на ней рунами была хитро спрятана в густом подлеске близ Зеленых Холмов — деревни, в которой Мизар родился и вырос.

" — Жаль только, что на родине меня вряд ли кто-то ждет. Скорее, даже наоборот — кое-кто очень сильно не хочет, чтобы я возвращался."

Поиски своего давно почившего «близнеца» бывший рыбак решил начать с личности, которая знала про этого человека больше, чем кто-бы то ни было. С того, кто своими собственными глазами видел Разима в деле и того, кто первым заметил сходство между Убийцей и бывшим рыбаком — с Тома Череполома: наемника что во время прошлой войны с Великим Лесом оказался в составе отряда, напавшего на эльфийское святилище и выпив находящийся там эликсир, обрел долголетие, из-за которого и жил уже восьмое столетие.

Правда, перед тем как добраться до Бирка — города наемников, в котором обитал этот «старичок», Мизару нужно было преодолеть Серебряную реку и сделать это было на порядок сложнее, чем казалось на первый раз.

Перед тем, как отправить молодого наймита на поиски давно мертвого чернокнижника, Даракас с помощью чар дальносвязи пообщался с несколькими своими знакомыми из армии Княжества Осенней Листвы и узнал через них общую расстановку сил в Западном Крае. Само-собой, без особых подробностей — после ареста Красного Клинка и «предательства» темноволосого командира, Улиэль провел среди солдат крайне тщательную чистку и большая часть лояльных генералу (А следовательно, и ренегату, пытающемуся вызволить Фирлика) офицеров попала под суд и отправилась либо на плаху, либо в тюрьму.

Но даже той маленькой толики информации оказалось достаточно, чтобы понять — левый берег Серебрянки по-прежнему находился в руках остроухих и действовать в нем следовало крайне осторожно. Сейчас между Великим Лесом и королевством Фарол было заключено хрупкое перемирие, а также вовсю шли переговоры о полноценном мире, но при этом каждая сторона держала на границе с соседом значительные силы, попадаться которым Мизару не следовало.

Причем опасными для наемника были встречи как с остроухими, так и с собственными сородичами — парень не знал, кто конкретно помог Фьеру избавиться от рабского клейма, но по словам того же Даракаса провернуть такое мог лишь кто-то из приспешников Фарольской аристократии, причем самого высокого круга.

Поэтому до того момента, когда он узнает лицо и имя своего врага, бывший рыбак решил просто подозревать в предательстве всех своих сородичей. Во избежание.

Тот странный отряд наемников, командира которых боялся тучный Вогаш, смог договориться аж с капитаном Тысячи Первой Крови, а значит руки у предателей были очень длинными и натравить на Мизара солдат Фарола неизвестный враг мог чуть ли не по щелчку пальцев.

" — Надо будет постараться выяснить, кто из аристократии королевства решил договориться с правителем Княжества Осенней Листвы." — Пришпорив Ягай, бывший рыбак направил её вглубь подлеска, оставив позади телепорт темных эльфов, который, стоило только хуазу с него сойти, сразу же растворился в воздухе. Дроу умели хорошо прятать свои следы и спустя мгновение уже ничего не напоминало о небольшой площадке для пространственного переноса.

Выходить на открытое пространство Мизар не спешил.

Молодой наемник знал эти места как свои пять пальцев… Ну, или четыре, в случае с демонической лапой. И прекрасные зеленые поля, простирающиеся до самого горизонта, имели помимо прекрасного вида, одну гадкую особенность — они очень хорошо просматривались. Во время нападения армии Великого Леса на Западный Край Мизару пришлось некоторое время прятаться от остроухих солдат в лесу и сейчас он намеревался повторить свой прошлый поход.

В южной части этой области лес находился довольно далеко от Серебрянной реки и на таком открытом пространстве эльфийские конные патрули, легко догнали бы ездового хуаза — подземная ящерица на прямой двигалась намного медленнее, чем легконогие эльфийские скакуны.

Но с другой стороны — Ягай за последние десять минут без каких-либо затруднений переползла через поваленное дерево, переломав чешуйчатыми боками торчащие во все стороны ветки, взобралась на довольно крутой склон и очень шустро переплыла небольшой ручей, не сбавляя при этом хода.

Причем в последнем случае у молодого наемника не намокли даже кончики сапог.

И у Мизара были большие сомнения, что хлипкие лошади остроухих были способны повторить хотя бы один пункт из этого списка. Или просто войти в лесную чащу, по которой ездовой ящер полз также быстро, как и по мощеному камнем торговому тракту, который находился в паре сотен шагов и по которому прямо в эту секунду двигался отряд остроухих всадников.

" — Всего десять? Вроде бы раньше их было в отряде больше…" — Поглаживая шею своего ездового зверя, парень с некоторой долей ностальгии вспомнил, как он на пару с Вогашем убегал от идущих по пятам остроухих преследователей, и прятался среди сухарей в заполненном нежитью Оросе. — «Это меня сейчас память подводит, или эльфы с приходом Улиэля к власти стали понемногу бежать из армии Княжества? Надеюсь, что второе…»

За свое обнаружение наемник не переживал совершенно.

Мало того, что фаролец сейчас был в глубине зарослей, так еще и сами остроухие с прошлого раза внимательнее не стали: эльфы все также продолжали ждать нападения со стороны людского королевства и практически не смотрели в сторону Великого Леса, из-за чего Мизару даже не пришлось использовать амулет невидимости — патруль проскакал мимо, не обращая внимания на притаившегося в чащобе наемника, который внимательно следил за всадниками своим единственным глазом.