— Где ты был? Кто предатель? — спросила, ни на что не надеясь.

— Командный штаб заблокировали, — всё же ответил он, шагая к воротам. — Твой питомец расплавил дверь и сожрал заглушку. Предатели… комиссия по проверке иномирных животных, прибывшая сегодня из столицы.

— Вот как… — значит, Хаш их нейтрализовал, хотя до моего приказа позволил себя пленить. — Они живы?

— Твоя зверушка их пожевала немного, — со смешком сказал Николай, а затем продолжил. — Ты знала, что хамелеон ядовит?

— Догадывалась, — кивнула я.

— Так вот, один из членов комиссии жив, но без ног, двое отравлены, — брат покрепче перехватил меня, уже не обращая внимания на исходящий от меня запашок. — Остальные — мертвы.

— Хорошо.

— Какая ты стала кровожадная, сестрёнка, — он снова вздохнул.

— Не я такая… жизнь такая.

Отвечать на это Николай уже не стал — мы достигли стен. Внутри он снова превратился в идиота. Удивлённо хлопал глазами и тащил меня в комнату. Я-то наивно думала, что это представление было рассчитано на ту самую комиссию, которая приехала с внезапным визитом. Но нет, братик продолжал вести себя так, будто и впрямь уродился умственно отсталым.

Он замедлился дважды: когда отец повелительным жестом подозвал его ближе и осмотрел меня беглым взглядом, и когда к нам подбежал Матвей. Наставник ощупал меня мозолистой ладонью, расслабленно кивнул и отошёл к гвардейцам.

Я услышала, как он рявкнул на кого-то и приказал прислать ко мне целителя. Что ж, хоть кто-то в этом доме заботится о моём здоровье. Раненый бок уже не щипало и не дёргало, он почти онемел от боли. Да и сама я чувствовала себя так, будто по мне проехала колонна БТР. Хотя это было не так далеко от истины.

Спонтанный магический выброс не прошёл бесследно — я дважды вычерпала источник до дна, до самой последней магической искры. И сейчас, после того как каналы и источник вернулись к прежнему состоянию, я чувствовала такое опустошение, как будто совсем лишилась магии. Это ощущение было новым для меня, оно пугало и заставляло чувствовать себя ещё беспомощнее.

Несмотря на победу, давшуюся мне нелегко, я не верила до конца, что всё закончилось. Свиридова не отступит — за ней стоит тот, кто может позволить себе купить прототипы военных разработок и глушилки, мощность которых сопоставима с теми, что используются в международных войнах. А их взяли и применили в обычной войне родов, коих каждый месяц случается не по одной на Империю.

Во время выброса зов жизни работал в автономном режиме. Я не убила ни одного человека. Ранила, лишила конечностей, обездвижила и зарыла по шею в землю — это да. Но не убила.

А ведь я была готова призвать Хаос… да что там! Я даже попыталась это сделать. То, что он не откликнулся — совсем другой вопрос. Главное то, что я решилась. Решилась снова запятнать свою душу.

Может, это и хорошо, что я пустила Хаос по меридианам, а не оставила его копиться. Кто знает, что случилось бы, если он откликнулся… если бы его было больше. Кем бы я стала тогда?

Николай передал меня в заботливые руки Ириды, потрепал по слипшимся от грязи волосам и подмигнул. Сил ответить ему у меня не было, поэтому я просто прикрыла глаза, выражая благодарность, и почти сразу отключилась.

Через сон я ещё слышала, как моя верная служанка распекает лекаря, чувствовала, как волна целительной магии залечивает раны. Но всё это было просто фоном, будто происходит не со мной, а с кем-то другим.

Последнее, что я запомнила, это как Ирида уложила меня в ванну и начала срезать с меня одежду. А дальше наконец наступила благословенная тишина… и темнота.

К кошмарам я привыкла давно. Я срослась с ними, стала единым целым. А как по-другому, если на твоих глазах гибли сотни, тысячи людей? Как спать сладко, когда ты видел гибель сначала своего народа, а затем всего мира?

После того как я погибла и очнулась в теле Ярины, я металась ночами, сбивая мокрые простыни. Ко мне приходили они — родители и брат, которых я не смогла спасти; кровные родичи, которые пошли против меня; наша армия, разорванная тварями; врата разломов, из которых вышли генералы Незримого ублюдка.

Сны прекратились на время, спрятались среди видений, которые Хаос насылал на меня, пробуждая и заставляя принять его. Я же пыталась подавить Хаос, изматывала себя ежедневными тренировками, чтобы не впитать его ещё больше. А Великие Силы не терпят, когда их игнорируют. После того как я снова по своей глупости отправилась на сражение, было вполне ожидаемо, что Хаос проигнорирует мой призыв, а затем напомнит мне лица тех, кого я и так никогда не забуду.

Мне казалась, что за одну ночь я прожила заново всю свою жизнь. Снова обнимала отца перед битвой с ордами тварей, целовала и щекотала брата, а затем вставала на колени перед его телом. Снова и снова я призывала Хаос, чтобы отплатить миру за тех, кого он у меня забрал.