Я перечитывала это сообщение снова и снова, прижимая ладонь к губам, не в силах сдержать улыбку. Не понимаю, как это возможно, но последним предложением он поднял мое настроение до потолка. Я чувствовала радость и счастье, поэтому совершенно не думая о последствиях и не придерживаясь никаких рамок, написала:

«Ты, конечно, нозящий, но главное -ВКУСНЫЙ!»

Отправила без колебаний. Меня распирало от смеха. Ответ пришел незамедлительно:

«Спи, Чайка!»

Чайка?

Стало смешно, но прозвище мне понравилось. Подходит. Чайки ведь дерзкие птицы, хоть меня и окрестили не в их честь. Что ж, тогда и Гладышев получит свою кликуху.

Расплываюсь в довольной улыбке и отсылаю последнее сообщение:

«Спокойной ночи, Вкусный Зануда!))»

Убираю телефон под подушку, зная, что ответа больше не дождусь. С улыбкой на губах засыпаю.

Но поспать мне не удалось; не успела уснуть, как телефон начал настойчиво вибрировать. Некоторое время я его игнорировала, но после стало ясно, что это бесполезное занятие– кто-то не успокоится, пока не отвечу.

– Я сплю!-раздраженно прошипела в динамик.

– Где и с кем, Токарева? Ты хоть знаешь, что я тут как идиотка носилась по всему клубу в поисках тебя?– орала в трубку подруга.

– Гельмс , не ори! Я дома. Все нормально.

Лерка разразилась отборным матом.

– Токарева, ты блин… Почему не позвонила-то?

– У меня труба села.

– А как ты доехала? –уже более спокойно спросила подруга.

– Олег Александрович подбросил, –отозвалась невозмутимо, хотя знала ,что сейчас начнется допрос. Наверное, проще было сказать, что на такси.

– Что за хрен?– воскликнула подруга так, что ее было слышно на всю комнату.

– Да тише ты. Никакой он не «хрен»!-шикнула я на нее.

– А что разбудить боишься?– подколола Лерка.

– Дура. Я дома, -засмеялась я.

– Да этот твой Олег Александрович милый парень и просто душка; вызвался спасти юную деву из чертога разврата и греха.

Я захохотала, уткнувшись в подушку.

– Гельмс, заткнись! Я сейчас тетю Катю разбужу. И он не «милый» и уж тем более не «парень». –пробубнила я, все еще смеясь.

– Подожди, так это тот блондин что ли?

– Ну.

– Капец! Вот где в жизни справедливость?!– возмутилась Лерка.

– В смысле?– не поняла я ее претензий.

– А в том смысле, что не успела еще Москву даже толком узнать, а уже отхватила себе красавчика на Кайене.

– Вообще –то на Рендж Ровере. –подлила я масла в огонь, едва сдерживая смех над причитаниями Лерки.

– Тем более! –взорвалась она и продолжила с еще большим энтузиазмом. – И вот так всегда: понаедут тут, растащат всех приличных мужиков, а нам потом шиш с маслом. Гнать вас надо в шею обратно в ваши колхозы; коровам хвосты крутить.

– Пошла ты, москвичка хренова! Я коров –то пару раз в своей жизни видела. И вообще ты там по своему студентику умирала, вот и умирай, а мужиков на Кайене оставь нам – колхозница, -огрызнулась я.

Тоже мне , блин, столичная фифа!

– У меня только один вопрос. В чем ваш секрет? –просмеявшись, спросила Лерка.

– Ага, так я тебе и сказала, конкуренток без тебя хватает, знаешь ли. Лови в своем прудике рыбок, а я в своем, – тактично послала ее и засмеялась, при этом задумалась над вопросом и стало горько.

Нет никакого секрета. Только будучи шалашовкой, которая не заморачивается ни приличиями, ни моралью, можно подцепить «мужика на Кайене». Ну, а как иначе? Думаете, интересует какого-то толстосума ваша душевная организация? Ага, как же! Для разговоров и серьезных отношений у него полно баб из своего круга. Как в той же Москве, которая слезам не верит ; «…Здесь живут дипломаты, художники, артисты, поэты и практически все они мужчины. Понимаешь?