Следующие десять минут были ужасны; я набирала текст и тут же стирала, считая написанное то слишком милым, то слишком сухим, то глупым и так до бесконечности. Пальцы дрожали, меня подташнивало, волнение зашкаливало. Боже, что со мной творится? Как на экзамене, ей –богу. Хотя Олег Александрович похлеще экзамена будет. Наверное, я бы так до ночи металась, но время поджимает, надо работать.

Быстро пишу очередное сообщение и перечитываю;

« Доброе утро, Олег Александрович! Спокойно– спокойно… Пардон, но я потеряла где-то у тебя в машине браслет. Он мне очень дорог, поэтому если найдешь, я буду счастлива и обещаю, больше не стану доставать. Отличного денька, не сердись.»

Вроде бы нормально. Опять начинаю сомневаться, но потом махнув на это дело, отсылаю смс и бегу к кафе. Получить штраф мне совсем не хочется, особенно сегодня, когда мои нервы на пределе. Пока переодеваюсь, постоянно посматриваю на телефон, надеясь, что получу сейчас же ответ, не хочется весь день провести на иголках, думая об этом, но увы– меня ждет очередное разочарование. Черт бы подрал этого зануду!

Гладышев, ну, почему ты такой нозящий тип?! Хотя конечно, еще рано и возможно он спит, но все равно бесит его молчание. Мог бы вчера что-то написать, хотя бы послать меня, если я его напрягаю. Нет же, молчит!

Ненавижу неопределенность –хуже быть ничего не может.

Раздраженная выхожу в зал, чтобы приняться за работу и попадаю с корабля на бал. Змеища сообщает, что сегодня мне придется взять столики Ксю, так как у нее вновь какие-то проблемы. Утешает перспектива хороших чаевых и полная загруженность, которая отвлечет меня от ненужных мыслей и нетерпения. Полдня действительно пролетают, как сон, у меня постепенно поднимается настроение, хотя все равно в свободную минутку только и думаю –ответил, нет.

К трем часам появилось время пообедать, радости моей не было предела. Наконец-то есть возможность проверить телефон. Лечу со второго этажа и тут вижу Олега, входящего в ресторан. Сердце замирает, я сбавляю скорость и не знаю, куда себя деть. Гладышев в своем неизменном образе делового мужчины; костюм, пальто, болтовня по телефону.

Смотрю на него и не дышу. Впитываю каждую черточку и чувствую, как радость наполняет сердце, и все остальное в эту минуту кажется таким незначительным.

Олег проходит мимо, даже не замечает меня, увлеченный беседой. Но это как-то не особо важно и не задевает, я просто смотрю на него и мне достаточно.

Жестом показываю Стасу, что сама обслужу клиента, забираю майкрос и втянув побольше воздуха, пытаясь хоть немного успокоится, решительно иду к столику номер два.

Олег закончил разговор и нетерпеливо постукивает пальцами по столу. Взгляд лениво скользит по залу, пока не замечает меня. Я его на физическом уровне почувствовала, словно попала в сильные объятия. Иду и мурашки бегут по коже. На моих губах расцветает улыбка и ее не омрачает даже какое-то мрачное выражение Гладышевского лица. Он хмурится, а мне хочется подойти и уже по-настоящему поцеловать его, разгладить эту складку между бровей, придающую его лицу строгость и жесткость.

– Привет! Как дела?– выдаю на одном дыхании, стараясь, чтобы голос не дрожал, пока достаю майкрос.

– Как обычно, -холодно отвечает он, сверля меня тяжелым взглядом потемневших глаз. Мне становится не по себе, но я сохраняю улыбку и так же бодро, как ни в чем не бывало, уточняю:

– Как это -« как обычно»?

– Как я всегда заказываю, –грубо парирует Олег, отчего я растерялась. А он добивает, раздраженно добавляя,– не первый день работаешь, пора бы уже и выучить предпочтения постоянных клиентов.

Застываю истуканом, а непонятная боль выстрелом пробивает грудь, обжигает глаза слезами обиды и унижения. Сглатываю тяжело и не могу отвести взгляд от него такого невыносимо красивого и жестокого. Щелкаю по небу языком, а в виске пульсирует : « Не смей плакать, не смей! Только не при нем.» Смотрю на него пристально, пытаясь найти хоть каплю сожаления, но натыкаюсь на стену равнодушия.

– Долго собираешься так стоять? Не трать мое время, иначе чаевых не получишь, –контрольный выстрел без тени сомнения и жалости.

Что я тебе сделала? Зачем так грубо? –спрашиваю его взглядом, но он лишь приподнимает бровь, как бы поторапливая меня, всем своим видом показывая, что его терпению приходит конец.

Соберись, Токарева, соберись, ты просто официантка, а он просто клиент. Тебе каждый день грубят. Соберись!

Прикусываю дрожащую губу, пытаясь совладать с собой и охрипшим от поступающих слез голосом шепчу;

– Хорошо, ваш заказ будет готов в течение получаса.