Рустам замер, не мешая Галиным рукам. Растягивая слова, поддразнил:

— А на что тебе КамАЗ, Галя? Топлива жрёт немерено, тяга есть, но и багаж в довесок… Ты же понимать должна: сколько ни чисти, ни прихорашивай — он «Мерседесом» не станет.

— Мне хорошо с КамАЗом. Он… Ему можно доверять. С ним мне… тепло. — Очередная пуговица выскользнула из петли, а щёки опалило. Но отступать Галина не собиралась.

— Там и пробег уже солидный, и фара левая подбита…

— Зато когда… Когда я почти совсем сломалась, одна, на распутье… Он не проехал мимо. И я его… — пуговицы закончились, и Галина придвинулась ещё ближе, ладонями забралась под полы рубашки, коснулась горячей кожи. Привстала на цыпочки и, пока хватало смелости и запала, зашептала на ухо — быстро, жарко, откровенно…

Рустам перехватил её руку, погладил запястье, поднимая тонкий, мягкий рукав. Поцеловал нежную кожу над трепещущим пульсом.

— Рустам… — Галина то ли звала, то ли просила, сплетая свои пальцы с его.

— Галочка…

И опять коридор вслепую, под вздохи урывками, когда Рустам на секунду отпускал её губы. Под рокочущие, страстные, непонятные слова, но такой родной, любимый голос…

Кот успел выскользнуть из полумрака спальни, прежде чем за Рустамом и Галей закрылась дверь...

***

Некоторые дороги можно пройти только вдвоём, в вечном ритме жизни. Не спеша, иногда набирая скорость — так, чтоб дух захватывало, и восторг огнём бежал по венам! Иногда — замедляясь, восстанавливая дыхание, делая паузы… Слушая друг друга, споря, уступая, соглашаясь, сверяя и меняя маршруты, прокладывая новые.

И совсем не важно — кто вы, откуда, зачем… Главное, чтобы каждый свой путь выбрал сам, осознанно и слушая своё сердце.

И чтобы вместе вам было по пути!

– --

[1] Сынок. — татарский.

[2] Мама. — татарский.

– --КОНЕЦ---

Дорогие читатели, ваш отклик — наша главная награда. Добра!