– Я хочу поговорить с Джеймсом, – сказала Корделия.

Велиал ухмыльнулся. Эта гнусная ухмылка ничем не напоминала улыбку Джеймса.

– Что ж, – бросил он, – каждый из нас чего-то хочет.

Демон щелкнул пальцами, и откуда-то сбоку, из тени, возникла кошмарная фигура – оживший труп, пожелтевший скелет, скаливший зубы. Он был одет в митру архиепископа и полусгнившую ризу, которая когда-то была богато расшита золотом; сквозь дыры Корделия видела ребра, с которых свисали клочья высохшей плоти. В руках скелет нес золотую корону, украшенную разноцветными камнями. Ей почему-то вспомнилась пьеса, которую разыгрывали на сцене Адского Алькова, толпа, аплодирующая гротескной коронации…

– Я, например, – продолжал Велиал, – хочу, чтобы Саймон де Лангем короновал меня, после чего я стану королем Лондона.

Мертвый архиепископ пошатнулся.

Велиал вздохнул.

– Бедняга Саймон; нас постоянно прерывают твои слабоумные друзья. А теперь нам помешала ты. – Взгляд серебряных глаз скользил по лицу Корделии, как струя грязной воды. – Не могу сказать, что это была коронация моей мечты.

– Не понимаю, зачем тебе вообще понадобилась коронация, – заметила Корделия. – Мне казалось, что такие вещи, как благородное происхождение и титулы, имеют значение только для простых людей.

Она не собиралась оскорблять демона, но, к ее изумлению, Велиал гневно оскалился.

– Вот как, – прошипел он, – позволь напомнить, что я Принц Ада. Ты хочешь сказать, что, по-твоему, этот титул ничего не значит?

«Да», – подумала Корделия, но промолчала.

– Будучи Принцем, я не собираюсь отказываться от титула, поэтому мне необходим другой, более высокий, – рявкнул он, удобнее устраиваясь в кресле. – А кроме того, в этом ритуале заключена магия. Он укрепит мою власть над Лондоном, а потом и над всей Англией. А после этого… кто знает? – Велиал счастливо улыбнулся, снова придя в хорошее настроение. – С этим новым телом для меня нет ничего невозможного. Нет такого царства на Земле, которое не пало бы передо мной, если я пожелаю этого.

Он помотал головой, и шелковистые черные кудри Джеймса упали ему на лоб. Корделии стало нехорошо.

– О, Джеймс несчастен. – Он хихикнул. – Я это чувствую. Встреча с тобой для него мучительна, уверяю тебя. Это так чудесно! Я не перестаю удивляться, как вы, человеческие существа, чувствуете боль. Речь не о физической боли, конечно, – это всем хорошо знакомо и так скучно; я говорю о душевных страданиях. О мучениях, которые приносят эмоции. В этом отношении вы уникальны среди остальных животных.

– Говорят, что ангелы плачут, – сказала Корделия. – Но, наверное, ты успел забыть, каково это.

Велиал прищурил серебряные глаза.

– Кстати, насчет физической боли, – продолжала она. – Раны, которые тебе нанесли Кортаной. Те, что нанесла тебе я. Они ведь еще кровоточат, верно?

Откуда-то сверху, из-под потолка, донеслось хлопанье крыльев. Корделия, подняв голову, успела заметить, что под арку влетела сова.

– Эти раны, – сказала девушка, – никогда не затянутся. Они будут терзать тебя вечно.

Она повернула меч так, чтобы Велиалу была видна надпись, выгравированная на одной из сторон клинка: «Меня зовут Кортана, я той же стали и закалки, как Жуайёз и Дюрандаль».

– Если я не исцелю тебя, – закончила Корделия.

– Исцелишь меня? – резким голосом повторил он. Архиепископ, растерявшись, выступил вперед с короной. Велиал бросил на скелет раздраженный взгляд, вырвал у него корону и жестом велел убираться. – Как ты можешь… А! – Его лицо прояснилось. – Потому что это меч паладина. Я слышал сказки, в которых что-то такое говорится. Но это всего лишь легенды.

– Легенды не лгут, – возразила Корделия. Она подняла левую руку и поднесла к ней лезвие. Клинок был прохладным. Она надавила и разрезала кожу. На мраморный пол закапала кровь.

Она выставила руку ладонью вперед, показывая порез Велиалу. Демон не пошевелился, пристально наблюдая за ее действиями. Корделия приложила Кортану к ране плоской стороной и медленно провела. Когда она убрала меч, рана исчезла, и на коже не осталось ни следа, ни шрама – даже тонкой белой линии на месте разреза. Девушка несколько раз сжала и разжала пальцы и продемонстрировала результат Велиалу.

– Легенды, – произнесла Корделия, – говорят правду.

– Интересно, – пробормотал Велиал себе под нос, не сводя взгляда с Кортаны. Корделии показалось, что в его взгляде вспыхнула жажда. Стремление избавиться от боли.

– Этот клинок называется Кортана, – напомнила ему Корделия, – и его выковал кузнец Велунд. Второго такого нет на свете, и он может не только убивать, но и исцелять. Но лишь в том случае, если находится в руке законного владельца. Ты не можешь просто убить меня и воспользоваться мечом, чтобы излечить раны.