— Никак оборотня зовешь? — спросил Грязной.

— Да, дядька, его самого.

Грязной, кряхтя, прогнулся в спине, скрипнул позвонками. Вдохнул полной грудью и выдал могучим басом не то колдовское заклинание, не то матерное ругательство, а скорее всего, одновременно и первое и второе.

— Хватай его теперь и в яму. Или я не жилец, — сказал он.

— Почему?

— Да я его по матушке охально изобидел. Сейчас все бросит и примчится морду бить.

Из темноты выскочил черный силуэт. Вольф довольно ловко прыгал на трех ногах, но хромал и на правую заднюю. Глаза светились красным. Ласка понял, что волк, не останавливаясь, прыгнет на Грязного, а не потребует извинений. Прыгнул навстречу.

Не рассчитал. В волчьей шкуре Вольф двигался намного быстрее, чем Ласка. И загадочным образом стал в разы тяжелее своего человеческого веса. Сбить прыжок не получилось, Ласка отлетел в сторону.

Грязной встретил оборотня, стоя к нему лицом и торопливо бормоча что-то на старославянском. Дождался прыжка, а зверь прыгнул с расстояния в два человеческих роста, и ударил с поворота открытой ладонью, вложив в удар всю свою массу.

Оборотень перевернулся в воздухе, покатился по земле и свалился в свою темницу. Упал не на ноги, а со шмякающим звуком, как мешок. Волк не кот. На краю каменной плиты у решетки осталось кровавое пятно. Досталось зверю, татары народ неробкий.

— Экий здоровый! Аж ладонь отбил! — воскликнул Грязной, тряся отбитой рукой.

Ласка подошел к нему.

— Ну, дядька, ты силен! Адовой твари леща отвесил.

— Лещи, сынку, разные бывают, — Грязной показал намотанный на ладонь шнурок с нательным крестиком, — Он что, не у тебя на службе?

— Нет.

— И ты без серебра и молитвы на него бросился?

— Да я как-то первый раз…

— Учить вас и учить. Но отчаянный малый, не отнимешь. Ты не из Умных будешь?

Москва на то время была невелика, и серьезные люди друг друга знали в лицо.

— Устина Умного младший сын.

— Отцу поклон передавай, — Грязной с достоинством поклонился.

Из ямы вылез Вольф в совершенно человеческом виде, в исподних штанах и рубашке. Исподлобья посмотрел на могучего богатыря.

— Ты смотри! И правда немец! — удивился Грязной, — Вашего племени в Крыму давненько не видел. Хочешь что-то заявить?

— В Крым больше ни ногой, — ответил Вольф.

— Не зарекайся, — сказал Грязной, — Ты сперва ноги унеси. Бегите уже, наши ворота отбивают. Извини, что обругал.

— Не в обиде. Прощай, добрый человек.

Ласка с Вольфом без труда нашли добротный купеческий дом, где оставили трех лошадей. Повезло, что базу для срочного выезда устроили не просто в Кырк-Ор, а еще и по эту сторону внутренней стены, ближе к Восточным воротам. Приличная одежда и кони очень пригодятся утром, чтобы не ехать по Чембало на краденых конях без седел, с татарскими поясами поверх исподнего, уляпанного грязью и кровью.

Ханская свита не поторопилась на ночь глядя разыскать, где остановились пленные воры. Раз уж воры пойманы, то их логово и до завтра подождет. Культурой, скоростью и даже наличием оперативно-розыскной работы в то время и более цивилизованные места похвастаться не могли. Вот Василий мог бы и найти. Наверное, до темноты обшарил весь Бахчисарай и Салачик, а до Кырк-Ор пока руки не дошли.

Судя по звукам боя, казаки захватили конюшню и караулку у Восточных ворот. Монетный двор засел в осаду и подкреплений не дал. Внутренние ворота засели в осаду и подкреплений не дали. По-видимому, на западной половине крепости поднимался и вооружался весь гарнизон перед тем, как рискнуть открыть ворота.

На западной половине гудели трубы и били барабаны. В ночи тревогу отлично слышно внизу, в Бахчисарае и Салачике. Успеть бы выехать перед тем, как сотня всадников вылетит к Восточным воротам.

Хозяева-евреи не знали, что двое иностранцев, собиравшихся вчера вечером уехать в Чембало, успели посидеть в темнице, а появление их в перемазанном кровью исподнем списали на переполох в крепости. Ласка сказал, что по Кырк-Ор бегает здоровенный волк, что никакие стены от него не спасают и что бежать надо отсюда всем, кого ноги держат. Вольф подыграл, поддерживая уровень паники. Вышел за угол и там взвыл как десять волков. Евреи мудро рассудили, что зачем бежать, когда есть надежный подвал, и спрятались под землю.

Восточные ворота выходили в степь. Казаки и компания уже затерялись в бескрайних просторах. Вот дорога под ногами, а вот какая-то развилка.

— Стой! — сказал Ласка, — Направо.

— Эта дорога приведет нас не в Чембало, а в Салачик, — сказал Вольф.

— Нам и нужно в Салачик. Забираем Оксану из старого дворца, а потом скачем в Чембало.

— Может, лучше сразу в Чембало? Сядем на корабль, доберемся до другого порта, просто купим какую-нибудь другую девицу просто на рынке?