И зачем Мяснику все это показывать Лео? Зачем насылать это видение?!

Мелкая месть, попытка вывести его из равновесия?

Нет, глупости. Этот ублюдок совсем другого калибра личность. Если бы хотел отомстить, то просто оторвал бы голову. На такие мелочи он не разменивается. Значит это часть сложного плана. И если он его не разгадает, последствия будут губительными.

С этими мыслями Милано отправился дальше. Перед возвращением домой он собирался навестить еще одно специфическое местечко. Благо время позволяло.

Ресторан «Вице-адмирал де Мор» нельзя было назвать дорогим и роскошным заведением. Потому что этих слов было недостаточно, чтобы описать обстановку этого места и передать все восхищение от цен, которые испытывали его посетители.

Леонардо бывал здесь периодически. Раз в месяц, а то и чаще.

Что поделать, Жульен Бастон предпочитал принимать пищу только здесь. Что ему нравилось больше – таланты шеф-повара или статус заведения Милано так и не смог понять.

По молчаливому соглашению счет в этом прекрасном заведении всегда оплачивал сотрудник контрольной комиссии. Леонардо это устраивало, хотя он и не злоупотреблял подобным гостеприимством.

С Жульеном у него были крайне своеобразные отношения, что не мешало им периодически сотрудничать по определенным вопросам. Определенный вклад в его продвижение по службе Лео внес. Справедливости ради стоить заметить, что сам Бастон оказался не таким уж плохим следователем, просто честолюбия и карьеризма в нем было больше, чем простого служебного рвения. Гораздо больше.

В последний месяц возникла еще одна сложность – будущее повышение Бастона, о котором он вспоминал несколько раз за беседу.

Будущий генерал-инспектор встретил его с радостью, участливо спросил о здоровье, пожелал выздоровления и попросил передать наилучшие пожелания мадам Милано. Естественно, он не забыл упомянуть о своем скором повышении. Трижды.

Пока Милано делал заказ, Бастон перешел к политике. Но в отличие от Кардинала рассуждал он о внутренних делах.

– Значит, вы уверены, что вопреки слухам и газетным статьям «Возрождение» ждет успех на грядущих выборах? – подвел итог длинной речи Жульена Леонардо.

– Верно. Они сделали ход конем, снизили налоги для богатых буржуа и покрыли дефицит бюджета за счет армии. Так они получили лояльность высшего света, ослабив партии милитаристов.

– Но разве это не бьет по их основной цели – возрождению страны в старых границах? Как этого добиться без роста военных расходов? – задал провокационный вопрос надзиратель.

И попал в точку.

– Леонардо, век железа давно умер, мы живем в эпоху золота, я бы даже сказал хрустящих ассигнаций. Зачем рисковать своими солдатами, если можно взять чужих? За соответствующую плату, кончено. Золото лучше железа.

– Золото мягкий металл, – спокойно сказал Милано. – Вы уверены, что Рутения согласится на такой союз?

– У нее нет выбора, все экономические реформы их императора спонсируются нашими банками. Последним мы снизили налоги, за это они дали имперцам льготные кредиты. Взаимовыгодная сделка. За счет этого восточные варва… союзники расширили и перевооружили свою армию. Если они откажут нам, их экономика рухнет. Согласятся – будет время процветать, пока война на ней не скажется.

– Пусть за наши интересы воюют другие, мы постоим в стороне, так?

– Да, цинично и очень умно. Естественно, мы не будем стоять в стороне, а окажем посильную помощь. Да и островитяне могут присоединится к дележу пирога. Политика, ничего личного, – спокойно произнес капитан-инспектор.

– Давайте представит на одну секунду, – всего на одну! – что Рутения не заключит союз или расторгнет его. Саркония нас растопчет. Это очевидно, – мрачно сказал Леонардо.

– Тогда мы просто не допустим этой войны, – легкомысленно сказал Жульен. – Пойдем на уступки, договоренности. Дипломатия и золото спасут нас.

Пару недель назад следователь Милано согласился бы с доводами Бастона. Инспектор РКК был старше и опытнее, отлично разбирался в политике. Его словам можно было верить.

Но сейчас эти рассуждения казались ему глупыми и оторванными от жизни. Слишком мирными. Слишком детскими.

Как-будто пятилетний мальчик рассуждает о том, что он никогда не будет ссорится с друзьями из-за какой-то девчонки. А потом вспоминает свои слова лет через десять, оказавшись с этой особой в одной постели.