— Это был призрак?

Он пожал плечами.

— Я никогда не пытался выяснить. Но больше никто, кажется, этого не ощущал.

— Ты знаешь, когда душа покидает тело? — спросила я. — В смысле, ты это умеешь чувствовать?

— Конечно. — Он сказал так, будто каждый это умеет.

Я не могла не улыбнуться.

— Это хорошо. Я именно это и собираюсь сделать. Не знаю, что ты увидишь и увидишь ли вообще что-нибудь. Раймонд будет разочарован, потому что он не увидит ничего — разве что у него куда больше талантов, чем кажется с виду.

— Что ты собираешься делать, Анита? Нам в колледже ничего не говорили насчет «ходить по кладбищу».

— Это не магическое заклинание — несколько слов и жестов, и готово. Ничего похожего. — Я пожала плечами, пытаясь передать словами то, для чего слов не придумали. — Это скорее экстрасенсорика, чем магия. Ничего физического. Не движение мышц или даже мыслей. Это… в общем, я просто это делаю. Давай я начну, а потом, если смогу, включу тебя или попытаюсь тебе объяснить по ходу дела. О’кей?

Он пожал плечами:

— Давай попробуем. Я все равно не понимаю, что ты будешь делать, но это нормально. Обычно я не знаю, что происходит.

— Но ты всегда потом соображаешь, — сказала я.

Он ухмыльнулся:

— Молодец я, правда?

— Это точно.

Я стояла почти в середине взрытой площадки. Еще не так давно я боялась того, что собираюсь делать. Не самого действия — на самом деле меня пугало, что я на это способна. Такое умение не свойственно человеку. Но мне недавно пришлось много передумать на тему о том, что делает тебя человеком, а что — монстром. Когда-то я уверенно определяла и себя, и всякого другого. Теперь я уже не могла сказать точно. Кроме того, я практиковалась.

Конечно, я практиковалась на пустых кладбищах, где были только я и мертвецы. Ладно, еще и ночные насекомые, но членистоногие не мешали мне сосредоточиться. В отличие от людей.

Даже спиной я ощущала присутствие Ларри — его тепло. Оно мне мешало.

— Ты можешь отойти еще назад?

— Конечно. На сколько?

Я покачала головой:

— Так, чтобы тебя еще было видно.

Он приподнял брови.

— Может, мне лучше пойти подождать с мистером Стирлингом?

— Если ты это выдержишь.

— Выдержу. Я охмуряю клиентов лучше, чем ты.

Вот это была чистейшая правда.

— Отлично. Когда я тебя позову, иди медленно. Я никогда не пробовала разговаривать во время этой работы.

— Как скажешь. — Он засмеялся почти нервно. — Жду не дождусь увидеть.

Я не стала отвечать и повернулась, уходя от него. Когда я обернулась, он шел к остальным. Надеюсь, Ларри не был разочарован. Я все еще не была уверена, сможет ли он хоть что-то ощутить. И я повернулась к ним спиной. Смотреть на них — это бы меня точно отвлекло.

Растительность с вершины горы была срезана, и я стояла будто на краю мира, глядя вниз. Луна заливала этот мир приглушенным сиянием, таким ярким, что воздух словно горел рассеянным светом. Волосы шевелил легкий ветерок. Он нес запах зелени и свежести, будто и в самом деле пролился дождь. Я закрыла глаза и подставила кожу ветру, предоставив ему перебирать мои волосы. Не было слышно ни звука, только цикады верещали где-то внизу. Только я, ветер и мертвые.

Я не могла объяснить Ларри, как я это делаю, потому что сама не очень понимала. Не движение мышц, не оформленная мысль, не произнесенное слово. Ничего такого. Будто я открылась кожей. Будто все нервные окончания обнажились под ветром. Кожа остыла, будто из нее изошел холодный ветер. Его не было видно, его нельзя было ощутить — то есть никто, кроме меня, его бы не ощутил. Но он присутствовал, он был реален.

Холодные пальцы «ветра» распростерлись вокруг меня. В радиусе десяти — пятнадцати футов я теперь могла обшаривать могилы. Когда я двигалась, этот круг перемещался вместе со мной.

Я подняла руку и махнула ею над головой, не оборачиваясь посмотреть, идет ли Ларри. Я осталась в своем круге. Я держалась в нем, стараясь не трогать мертвых, пока не подойдет Ларри. Я надеялась, что он сможет ощутить происходящее, а для этого логично будет, если он будет присутствовать с самого начала.

Послышались шаги по сухой земле — раскатистые, как гром, будто слышен был хруст каждой крошки грунта.

Ларри остановился рядом со мной.

— Боже мой, что это?

— Что именно? — Мой голос прозвучал одновременно далеко и гулко.

— Этот холодный ветер. — В голосе Ларри звучал некоторый испуг. Так и надо. Всегда, когда занимаешься магией, надо слегка бояться. Когда ты начинаешь воспринимать ее как должное, тут-то и попадаешь в беду.

— Подойди ближе, но не прикасайся.

Я не была уверена, что прикасаться нельзя, но осторожность никогда не повредит.

Он медленно подошел, протянув руку, будто чувствуя ветер кожей.