– Ваше настоящее имя Мейбл Фигги, не так ли, мисс Паркинсон?

У нее перехватило дыхание.

– Д-д-да, верно.

– И ваш отец умер в тюрьме, где отбывал наказание за убийство и воровство.

– Да.
– Она сплела руки, чтобы унять дрожь.

Еще после нескольких вопросов стало совершенно ясно, что им известны все жуткие подробности ее прошлого.

Кто мог им рассказать? Стив? Нет, Стив ее любит. Должно быть, Ангора или Крисси, вероятно, по наущению Ласло.

– Где вы находились, когда произошла кража?

Теперь она была на твердой почве.

– Я поднялась по главной лестнице, повернула налево к комнатам прислуги и зашла в одну из комнат в коридоре. Потом туда пришел мистер Бенедикт.
– Она покраснела под пристальным взглядом детектива.
– Мы, в общем, остальное время мы провели вдвоем.

– Странно. Мистер Бенедикт говорит, что он все время был с мисс Фэрфакс, и она это подтверждает.

Белла в страхе выпалила:

– Он лжет! Он был со мной.

– Он заявляет, что был с мисс Фэрфакс в ее спальне. На его рубашке остались следы губной помады мисс Фэрфакс.

– Это, наверное, моя помада.

– У вас помада другого цвета, мисс Паркинсон.

– Он лжет!
– повторила она громче.

– Должен также предупредить вас, мисс Паркинсон, что мисс Энрикес заявила, что у особы, которая касалась ее шеи и украла бриллиант, на руке был браслет, который звенел.
– Он посмотрел на три тяжелых золотых кольца на запястье Беллы.

– Это же нелепость. Другие тоже носят браслеты.

– Но ни один из них не звенит.

– Она хочет меня подставить, - прошептала Белла.
– Она до безумия влюблена в Руперта, а он со мной помолвлен. Они все меня ненавидят! Они скорее убьют меня, чем позволят выйти замуж за их драгоценного Руперта. О, Господи!

Она поднесла ко рту сжатые кулаки. Теряя контроль над собой, она уже готова была разрыдаться.

Розовощекий детектив посмотрел на нее и, к ее удивлению, сказал:

– Хорошо, мисс Паркинсон, теперь можете идти.

Было два часа ночи, но она все же заставила Руперта отвезти ее в Лондон. Она больше ни минуты не могла находиться под этой крышей. Она не знала, что затевал Стив, но понимала, что единственный способ избавиться от преследовавших ее фурий - это порвать с Рупертом.

Когда они выехали на Бэйзуотер-роуд, она набралась духу и сказала:

– Прости, Руперт. Я понимаю, что все это совершенно смехотворно и неприлично, но я не могу выйти за тебя замуж. Действительно не могу. Боюсь, я влюблена в другого.

Она не увидела его выражения лица, потому что смотрела на свои руки.

– Ты давно знаешь этого другого?

– Несколько лет, - но, знаешь, мы с ним опять встретились всего две недели тому назад, точнее, в тот самый вечер, когда я опоздала на ужин и первую встречу с твоими родственниками. Я тогда была с ним.

– И все же ты сочла возможным обручиться со мной?

– Я думала, что настоящее чувство у меня к тебе, а этим человеком я только увлечена, но теперь знаю, что не могу без него жить. Он не очень мне нравится, но он сводит меня с ума! Прости, дорогой, я совсем не подумала о тебе. Я знаю, что вела себя как сука. Просто, я думала, что смогу тебя полюбить…

Машина остановилась у ее дома. Ярко-зеленые деревья были освещены уличными фонарями. Руперт казался спокойным, но был бледен, как лист бумаги.

– Нам лучше поговорить об этом у тебя.

Но у дверей квартиры Беллы стояли двое мужчин.

– Мисс Паркинсон?
– спросил один из них.

– Да, - резко ответила Белла.
– Чего вам надо?

– Мы из полиции. У нас ордер на обыск багажа мисс Паркинсон.

– Что за вздор!
– возмутился Руперт.

– Все в порядке, - сказала Белла.
– Там ничего нет. Можете все осмотреть.

Но в кармане чемодана они нашли Утреннюю Звезду, завернутую в одну из нижних юбок Беллы.

– Кто-то его туда подложил, - закричала Белла.
– Меня подставили! Я его не трогала!

– Сожалею, мисс Паркинсон, - невозмутимо сказал полицейский.
– Боюсь, нам придется взять вас под стражу.

Глава тринадцатая

Позднее, оглядываясь на свое недолгое тюремное заключение, Белла могла припомнить очень немногое. Она помнила, как Руперт устроил жуткую сцену при ее аресте, а позднее колотил кулаками по дверям ее камеры. Помнила, как на следующее утро появилась в суде и от страха едва не упала в обморок, когда судья отказал ей в освобождении под залог, и как, впав под конец в истерику, оказалась запертой в камере тюрьмы Халлоуэй.