Было определенно ясно, что бригада сбежала, но куда? Уйти незамеченной крупная группа не смогла бы – они следили за территорией… Видимо, плохо следили, раз противник всё-таки смог уйти; возможно так же, сказалось преимущество в том, что местная бригада знает Затон как свои десять пальцев, пока его бригада здесь если и бывала когда-то, то уже ничего, кроме «Скадовска» не знает. Он бы зло сплюнул, если бы не балаклава, и выпил бы пару глотков чего покрепче, но видимость того, что пока его дело терпит крах, не давала расслабляться и возвращаться к родным привычкам.

В принципе, исход ожидаемый, разве что масштаб подразумевался поменьше. Что ж… Как там говорили – хочешь найти преступника, мысли как преступник? Было такое. Жаль, никто не учил мыслить как женщины – глядишь, и было бы немного проще. В любом случае, мест для побега не так уж и много: Кордон, окрестности «Юпитера», выход на Большую землю. Последний, конечно, мог закончится летальным исходом без его непосредственного участия, но и этот вариант тоже нельзя было отметать вот так сразу.

«Бандиты», тем не менее, продолжали молчать, и Вермут решил им о себе напомнить. Устроился на улице, присев на один из уцелевших пустых ящиков, расслабленно вытянул ноги и подал сигнал вызова. Когда его отклонили первый раз, мужчина не предал этому никакого значения, но вот на третий уже готов был забыть на время о первостепенной добыче и перекинуть своё внимание на «юпитерских» бандитов. Те, словно чувствуя, что грозятся назвать на себя крупные неприятности, связались с наёмником самостоятельно.

– Не кипятись, начальник, - едва не певческим акцентом говорил бандитский пахан, - не мог же я с тобой базарить при других.

– Что ты у них делал? – И не спрашивать бы – какая разница? Но подогретое злобой любопытство требовало отчета от любых действий временного союзника. Мужчина понимал, что не надежного, и пытался по голосу и словам определить – ведет ли бандит двойную игру.

– С ихним командиром разговаривал. Он тоже просил доложить, если замечу кого со стороны Затона. Ну, я сказал, что всё на мази, и быром тебе звонить. – Собеседник выкладывал все подробности, которые ему раскрыли в ходе разговора и, хотя тех было не много, Вермут получить ту информацию, которую и хотел.

Просто так никто не приказал бы сторожить выходы с Затона, если только сам туда не направился и не хотел бы обрубить нежелательный хвост. Что ж, если он по итогу окажется прав, было не так уж и сложно определить направление побега, как предполагалось.

На пути к окрестностям «Юпитера», разводящий ещё несколько раз вызывал на связь пахана «Бандитов», и каждый раз полученной информацией оставался доволен. Коли эта девка решила за собой основную часть бригады увести, значит и ту группу могла взять с собой, однако отряд так и оставался на своем месте, если верить словам доносчика. Никуда не уходил, но и не сидел смиренно на месте – метался, видно готовился к приходу противника, и самонадеянно доверил защищать свой тыл гопникам с контейнерных складов. Хотя, не ему судить про самонадеянность – сам тоже доверился «Бандитам» и совсем не удивится, если по итогу те помогут «юпитерской» группе обороняться.

Так, если память не изменяет, то базируются местные «Наёмники» как раз неподалеку от контейнерного склада, но заходить со стороны этого объекта не следовало. Велик шанс получить противника за спиной, но и получить союзника в тылу противника шанс тоже не меньше. Пара едва «живых» домишек, из трубы одного тянулся черный в сумеречном свете дым, а кругом – пустошь, практически полностью голые холмы. Место для лагеря и впрямь такое себе, в здравом уме не подумаешь, что тут решил разбить долгосрочное пристанище кто-то умный и опасный. Вермут слышал, что часто эта группа выдавала себя за обычных «Одиночек», а те в принципе иногда могли устроиться на пожить в каких-нибудь неординарных местах. Он усмехнулся: полноценное вживание в образ, не иначе.

Мужчина посмотрел через оптику на лагерь. Тишина, ни единого лишнего движения; он долго смотрел в доступное окно дома, из которого отсвечивал костер и ждал, что мелькнет какая-нибудь тень, но нет. Может, никого и нет в помещениях? Перепрятались где-то в округе, но где? На окружающем пустыре можно было приметить только пару небольших кустов и торчащий из земли кривой крест, который для укрытия не годился от слова «совсем». Однако, долго сидеть и ждать разводящий не мог себе позволить: отдал команду на действие и сам пошел в первых рядах.

Шаги казались громкими, хотя и ступали мужчины быстро, легко, как учили, но трава под ногами, казалось, специально нещадно трещит, чего делать не должна. Со стороны контейнерного склада тоже приближались тени, неровным рваным строем, крадучись, словно в мультфильме – «Бандиты» по сигналу тоже выдвинулись в бой. Подошли они первыми, встали возле закрытых дверей, а кто-то особо сообразительный припер одну из них деревянной лавкой. Правда, после этого стали слышны громкие возмущенные разговоры, но стало определенно ясно – местные наёмники и впрямь сидели в одном из домов. В том самом, где горел костер.

В окнах стали мелькать фигуры и вспышки выстрелов – стреляли уже по приближающейся группе противника.

– Закройте ставни. – Возможно, кого-то даже успели задеть, пока Вермут передавал свою просьбу бандитскому пахану и тот её исполнял, но по итогу, стреляющие оказались запертыми в ненадежной деревянной коробке. Где ставней не было – были «Бандиты», на случай, если кто-то решит бежать, но подобного не происходило.

Устроить им печку и уничтожить разом всю группу – довольно простой выход из ситуации. Или гранатами забросать помещение, но только не врываться внутрь – довольно рискованно и глупо. Разводящий решил обойти «ловушку» кругом, просматривая наиболее удачные места для реализации плана. Позеленевший от ПНВ мир со своего нового однобокого ракурса он видел впервые, но особых неудобств не испытывал – если только эстетически. Передвигался, на всякий случай, на полусогнутых ногах – вдруг кто решит выстрелить из открытого окна, чего, в принципе, мужчина и ждал в ближайшие мгновения, но нет. Путь от одного куста к другому пролегал мимо креста, и Вермут машинально мимолетно посмотрел на него, пробегая мимо. Заметив наскоро прибитый к деревянной поверхности шеврон «Наёмников», осмотрелся по сторонам, убедившись, что точка из открытых окон не просматривается, и остановился.