Мысленно я усмехнулся. Почему-то всем кажется, что на другой стороне водоема клев будет лучше.

На озере, между тем уже сидело множество рыбаков, издалека они казались черными точками на льду. Остановились мы практически в пригороде Темиртау, поэтому хорошо было видно, как по ближайшим улицам подходили все новые любители зимней ловли.

На другой стороне водохранилища возвышались каменистые сопки, с которых ветром сдуло весь снежный покров.

— Летом здесь, наверно, красота? — спросил я. Сережка только согласно кивнул, ему было не до местных красот, он думал, куда направить наши стопы.

Плюнув на спутника, я зашагал вперед.

— Не спеши, — тихо сказал Романов, когда я, обогнав его, ступил на лед. — Сейчас пойдем в одно место, здесь, неподалеку, почти под берегом, там ручей впадает в водохранилище, его сейчас под снегом не видно. В прошлый раз я там лещей, чуть не по килограмму ловил.

Неподалеку, оказалось почти километром. Пришлось расстегнуть тулуп, и все равно я изрядно взмок.

Когда пришли на место, оказалось, что там сидит десятка два таких умников, как мой напарник.

Увидев мой укоряющий взгляд, Сергей только уныло развел руками, мол, сам не думал, не гадал, что будет столько народа.

Попасть на место его прошлой ловли не представлялось возможным, поэтому мы пристроились с краю основной толпы и начали бурить лунки.

Новый барнаульский коловорот показал себя в лучшем виде, тем более что декабрьский лед был довольно тонок.

Просверлив две лунки, я наживил мотыля на мормышки и уселся в ожидании клёва.

А его все не было и не было. Народ то приходил, то приходил. Люди менялись лунками, кто-то курил, некоторые товарищи, собравшись в кучку, мирно распивали бутылочку. А сторожки на удочках оставались недвижимы.

Периодически кто-то с радостным криком все же начинал перебирать леску и свидетели облегченно выдыхали, увидев, что на крючке болтается что-то вроде головастика.

Прошло около часа. Солнце поднялось выше над головой и ощутимо припекало.

— Сегодня, пожалуй, до плюсовой температура поднимется, — подумал я . — Повезло же мне с погодой, только с рыбой пока не везет. К полудню ближе, теперь, пожалуй, до вечера клёва будет.

И тут, меня осенила интересная задумка. Кричать «Эврика», как Архимед я, конечно, не стал. Вытащил из воды мормышки с выцветшим мотылем и секунду подержал их в кулаке. После чего кинул их обратно в лунки.

Не успели мормышки опуститься на дно, как удочки чуть не вырвало из рук.

— Серега, держи удочку! — заорал я. — Мне с двумя не справиться!

Романов с выпученными глазами подбежал ко мне выхватил дергающуюся удочку из моей руки.

Затем мы дружно начали выбирать лески, таща наверх неожиданный улов.

Лещи оказались широкими и в лунки не входили. Набежавшие рыбаки быстро раздолбали их пешней, и мы багориками вытащили двух килограммовых красавцев.

Через десять минут мы с Сережкой оказались в центре пятна из рыбаков.

Лунок вокруг нас было пробурено столько, что я начал бояться, как бы не провалиться под лед.

Но, увы, клёва по-прежнему ни у кого не было.

— Эх, еще бы сазана поймать, — вздохнул Романов, а я только ухмыльнулся. Сразу стало понятно, мой спутник, вытащенного леща считает своим уловом, раз сам его вытащил.

Я же, подумав, убрал одну удочку в шарабан. На второй, сменил леску на полмиллиметра, поставил блесну, а на её крючки все же нацепил мотыля, предварительно подержав его в кулаке.

Прошло три минуты и удочку согнуло дугой.

Вскочив, я начал лихорадочно вытаскивать добычу. На этот раз звать на помощь никого не пришлось, рыбина спокойно прошла в разбитую лунку.

И снова вокруг столпился народ, все с удивлением смотрели на бьющегося, на льду судака, килограмма на четыре.

— Ну, ты парень даешь, — раздались восхищенно-завистливые возгласы, — Таких судаков здесь никто сроду никто не ловил.

И тут меня сдал Романов.

— Да, Сашка, здесь первый раз на рыбалке, он вообще то из Карелии приехал. Ему просто везет, как новичку.

— Аа, ну тогда понятно, — согласился народ и начал разбредаться по своим местам.

А мне вдруг стало скучно. Сам себе испортил рыбалку. Нет, я, конечно, вытащил еще пару судаков, чем довел народ, чуть ли не до истерики. Но хотелось бы ловить рыбу за счет умения, а не волшебства. А так получается не рыбалка, а просто заготовка рыбы впрок.

Хорошо, что у сидевших рядом со мной рыбаков клёв тоже понемногу начался.

Видимо, сдернутые с крючка мотыли распространяли такой запах, что даже в мизерной концентрации, он привлекал крупную рыбу.