Обычно если мне приходится кого-то бить, то я стараюсь делать все аккуратно. Меньше следов, которые можно потом зафиксировать в больнице и предоставить мне как доказательство. После пары приводов в полицию я зарекся попадаться, а потому учился доставлять боль с минимумом следов.

Недавнего утырка я так как раз и прокатывал. Нажать на кисть доведя болевые ощущения почти до перелома и отпустить. Безотказно работает.

Однако сегодня мне плевать на такие мелочи.

Я просто хочу кого-нибудь избить…

«Да… глупо отрицать, что мне это не нравится…»

Психолог как-то сказал мне, что у меня повышенная «толерантность к насилию», а недавно знакомый неспящий в отделе рассказывал, что у всех сноходцев с боевыми способности есть предрасположенность к тому чтобы причинять боль. Ведь если твоя сила не может быть использована в мирных целях, то значит ты и сам подсознательно этого не желаешь.

И мне это всегда нравилось…

А потому…

— ЭЙ, ВЫ! — неожиданно громкий голос вывел меня из размышлений и заставил всех парней вокруг вздрогнуть.

К нашей компании подошел здоровенный полный негр в зеленом спортивном костюме и с кепкой на голове. Несмотря на живот и двойной подбородок назвать его жирдяем ни у кого язык не повернется, ведь мужик серьезно внушал габаритами. Наверняка большая часть его массы — это мышцы.

Чернокожий тип встал напротив нас и осмотрел всех сердитым взглядом.

— С каких это пор тут такая шпана разгуливать начала?

Парни заметно струхнули и явно протрезвели от появления нового действующего лица.

— Билл? А ты чего тут делаешь? Тебя же полиция забрала… — промямлил один из них.

— А я сбежал. Убил всех легавых и съел спецназ. Хочешь докажу? — прямо заявил тот.

Доказательства никто не хотел.

— Пошли вон, утырки, пока я добрый. Чтобы больше мне не попадались. Быстро!

Народ моментально свалил подальше, а я остался спокойно стоять и смотреть на него.

— Хех, давно не виделись, Ник, — сказал он.

— Билли Бойз, — хмыкнул я, вспоминая этого типа.

Это тот парень, которого я невольно был вынужден спасать, когда влез в неприятности с тульпой Садако, когда я только стал сноходцем и впервые обрел свою силу. Он посмотрел «проклятую запись» и за ним охотилась тварь, а я, по глупости влезший в это дело, был вынужден с монстром сражаться.

Последний раз, когда я его видел, того забрали наши агенты куда-то.

— Я думал тебя в Домну отправили. Даже хотел у Они спросить, есть ли такой кадр у них, — сказал я осмотрев того.

— Может по мне и не скажешь, но я как-то ничего предосудительного-то и не совершал. На мне разве что пара драк и мелкое хулиганство, да и то, ничего серьезного. За такое, при всем желании, к Шутену не отправляют, — фыркнул тот. — А на жизнь я себе не вымогательствами или грабежом зарабатывают, а работой грузчиком или вышибалой в клубе недалеко.

— Хех… ну и чего тебе надо тогда?

— Поговорить.

— Так срочно?

— А ты явно никуда не спешишь. По лицу видно. Я как заметил тебя сразу же понял, что лучше вмешаться, а то еще поубиваешь тех утырков. Они пускай и уроды, но по тебе видно, что ты не в том настроении, чтобы сдерживаться.

— Какой ты заботливый, — фыркнул я. — Ну и чего тебе надо?

Мое терпение начинало потихоньку таять, а желание набить рожу кому-нибудь все росло. И мне не волнует если это будет его харя.

— Хотел сказать тебе кое-что… — он приблизился и чуть согнулся, так как был выше меня на голову.

Билл посмотрел мне в глаза и серьезным тоном заявил:

— Я — беременный.

— ЧЕ?! — охренел я от такого заявления и чуть не упал.

— Ха-ха-ха-ха! Да я шучу! — начал тот ржать.

— Блин, а надо было это так говорить?

— А ты что готов взять на себя ответственность?

— Да пошел ты!

— Зато ты успокоился и больше не пылаешь жаждой убийства.

Ну, тут верно. Весь настрой драться пропал.

— Пха-ха-ха-ха! Я бы на такое посмотрела! — ржала Болтушка, вися на моей спине.

— Да ладно, — отсмеялся Билл. — На самом деле я тебя благодарить хотел. Ты мне жизнь тогда спас. Пускай все оказалось не так опасно, как мы думали, из-за Эйбона, но ты реально рисковал. За это и благодарен.

— Ты и сам вылез меня спасать, потому мы квиты, — пожимаю плечами, но от его слов стало как-то неловко.

— Все равно. Спасибо. То, что ты сделал для меня не только мне жизнь спасло, но и дало возможность многое обдумать. И теперь я решил измениться и это изменило всю мою жизнь.