— А что ты пишешь? — наклонился к нему Пруша.

— Тебя изучаю. Мне уже известно кое-что важное, но этого мало.

Он внимательно оглядел Прушу со всех сторон и заявил:

— Пушистый.

И записал: «Пушистый Пруша».

Подумал немного и добавил: «Большой пушистый Пруша».

— Ты по ночам спишь?

— Нет.

Лисёнок отметил: «Не спит». Потрогал Прушин бок и записал: «Мягкий».

— А теперь мы можем познакомиться? — спросил Пруша.

— Нет-нет, я должен ещё многое узнать. Откуда ты, куда собираешься, сколько тебе лет, во что умеешь играть…

— Ого! А это долго?

— Не скоро, — вздохнул лисёнок. — Ведь надо будет сделать записи, всё разложить по полочкам, обдумать, прийти к выводу.

— Куда прийти?

— К выводу. Подвести итог.

— Не просто, наверно…

— Да-а. Не просто.

— Ну, раз впереди столько забот, — Пруша достал из кармана пряник, — может нам подкрепиться для начала? Хочешь?

Лисёнок любил пряники. Очень-очень. И воскликнул:

— Ещё бы!

Тогда Пруша разломил пряник и отдал половину. Лисёнок молча съел угощение и приветливо улыбнулся:

— Знаешь, не хочу тебя изучать. Если кто-то делится со мной пряником, и так понятно, что это — друг. Я Лисёнок. Будем знакомы?

— Будем! — согласился Пруша.

Они крепко пожали друг другу лапы.

ЭХО

Пришла ночь, а Пруше не спалось. И он сказал в темноту:

— У-ХУ!

А в это самое время на опушке леса не спал Мышонок, которому тоже захотелось что-нибудь сказать в темноту. И он пропищал:

— Пи-и!

Пруша услыхал тихий голос и принял его за эхо. «Пусть станет погромче», — решил он и крикнул:

— У-ХУ-У!

Мышонок подумал, что на его писк отозвался кто-то огромный-преогромный, страшный-престрашный. Испугался и спрятался в траву.

Поэтому Пруша так и не дождался своего эха.

А Эху было всё равно — оно лежало на боку, укрывшись речным туманом, и разглядывало девятый сон…

КАПЛЯ НА НОСУ

Пруша сидел на дереве. Вдруг на нос ему упала дождевая Капля и весело крикнула:

— Привет!

— Ты кто? — удивился Пруша.

— Капля!

— Откуда?

— Лечу с неба! Хочешь полететь со мной?

— Не знаю…

— Фу, какой ты нерешительный. Прощай! — прозвенела Капля и сорвалась вниз.

Тут Пруша подумал, а ведь и правда; они могли бы летать вместе, подружиться, ходить друг к другу в гости на день рождения, дарить подарки, есть торт и плюшки с малиновым вареньем, запивать ароматным чаем… А ещё болтать о том, о сём.

Но было уже поздно. Капля улетела.

ЩЕКОТЛИВАЯ КРУЖКА

Лисёнку захотелось поболеть. Тогда к нему в гости пришёл Пруша.

— Привет, — сказал он. — Как дела?

— Болею.

— Хорошо, — улыбнулся Пруша, — будем играть в доктора. У тебя есть щекотливая кружка?

— А что это?

— Сейчас узнаешь.

Пруша полез в шкаф и достал кружку. Он приставил её к груди Лисёнка, приложил ухо и сказал:

— Дыши.

Кружка была очень холодная. Лисёнку стало щекотно, и он засмеялся.

Тогда Пруша скомандовал:

— Дыши и смейся.

Лисёнок дышал и смеялся.

Пруша приложил другое ухо и попросил:

— А теперь смейся и не дыши.

— Я так не умею!

— Тогда просто смейся.

Лисёнок смеялся.

— Не смейся.

Кружка была такая холодная, такая щекотливая, что больной едва-едва вытерпел одно мгновение.

— Всё ясно, — воскликнул Пруша. — У тебя смеховоспаление. Поэтому мы немедленно возьмёмся за смехолечение.

— Это как?

— Для начала закрой глаза.

Лисёнок крепко зажмурился. А Пруша взял пёрышко и сунул ему в нос.

— Апч-хи! — чихнул Лисёнок.

И засмеялся.

— Смехочихание — лучшее лекарство во всём смехолечении, — заметил Пруша.

И опять сунул пёрышко Лисёнку в нос.

— А-апч-хи! — ещё громче чихнул тот.

— Прекрасно! — обрадовался Пруша. — Как себя чувствуешь?

— Намного веселее.

— Поздравляю, ты полностью здоров.

У Лисёнка щипало в носу и в глазах от смеха, но ему было очень весело, а болеть расхотелось.

Друзья взяли мяч и пошли играть в футбол, потому что в доктора играть было уже незачем.