— Э…м…тогда да, торопится не стоит, — мигом краснеет девушка. — Вот же ж дурацкий мир магии и зверей!

— А наш мир будто не магический, — усмехаюсь. — И зверей в нем нет.

— Есть, но не столько много, — отвечает блондинка.

— И в этом мире всё же больше магии, — задумчиво замечает Камила.

Брюнетка тут точно подметила. Магфон здесь намного сильнее и плотнее, ну и про зверей тоже верно. В нашем пока не водится своей дикой аномальной живности, а тут ее как грязи, похоже. Соответственно, и здешние маги должны быть от природы сильнее наших…Но пока таких я не встречал среди ракхасов и казидов. Возможно, всё дело в расхождении природы их и нашей расы. А вот если столкнусь с местными людьми, то надо держаться начеку — среди них процент Грандмастеров несоизмеримо выше, чем у нас.

«Включаю» сканера и изучаю энергетический фон вокруг трех сундуков в телеге. Потенциального взрывоопасного не ощущается. Есть только навесные энергетические замки, но стоит высосать всю энергию из железных душок, и они сами собой отпираются. Я открываю тяжелую окованную крышку первого сундука.

— Ого, — удивляюсь.

— Что там? Что там? — верещат сзади любопытные девушки. Только казахов не слышно, потому что скромные, видно.

Сундук наполовину засыпан золотом — в основном монетами золотой чеканки. Есть еще и защитные зеркала и еще какие-то артефакты. Сверху же лежит вырезанная из дерева шкатулка. Спешу открыть ее, и глазам предстают семь колец — одно мужское, похожее на обычную печатку, и шесть женских, с легкой присыпью бриллиантов. Но самое примечательное — все кольца фонят маной. Это настоящие артефакты!

Не вылезая из телеги, я снова обращаю взгляд на постриженного казида. Теперь мне нужна информация насчет этих круглых безделушек. Тем временем, главе разгромленной дружины почему-то снова снятся кирка и руда. Что за шахтерская озабоченность? Сейчас тебе думать больше не о чем, как о любимой кирке? Или это у казидов такой способ успокоиться?

Ладно, его дело. Сейчас меня волнует именно ювелирка, а потому откинув сновидения казида о шахтерстве, я нахожу нужную мне тему. Читаю, читаю…Ага, понятно. Мудрёно, конечно.

Начнем с того, что казиды делятся на белых и черных, которые между собой воюют. Разделяются коротыши по цвету бороды. Я столкнулся с черными. Перстень же принадлежал принцу белых казидов, а кольца с бриллиантами носили его жены. Так уж случилось, что эта дружина участвовала в уничтожении крепости принца и как раз возвращалась домой с трофеями, когда мы нарисовались на их пути.

Кольца далеко не простые. С помощью них супруги могут поддерживать между собой ментальную связь даже на огромных расстояниях. Кроме того, это не единственное магическое свойство колец, но о других пленному дружиннику ничего неизвестно. Зато известно королю черных казидов, который хотел раздать кольца своим женам, ну и сам надеть перстень. Теперь это не случится.

Я чешу подбородок. Женские кольца одинаковые — все, кроме одного с самым большеньким бриллиантом. Видимо, оно полагается главной жене.

Оглядываюсь на ждущих девушек. Ну что сказать? Будто сам Бог велел.

Для проверки надеваю перстень. Золотой ободок, рассчитанный на толстый палец-сардельку казида, сам ужимается под размер моего пальца. Мм, прямо чудо-сплав. Удобно. Я прислушиваюсь к артефактам. Сейчас не узнать весь магический функционал ювелирки, но что точно — кольца представляют из собой замкнутую энергосистему. Ничто из внешнего мира не влияет на них. Зато друг с другом артефакты плотно завязаны.

Забираю из шкатулки три одинаковых кольца и вылезаю из повозки.

— Ну что там? — в нетерпении спрашивает Светка. — Нам можно посмотреть? Не взорвется?

— Не взорвется, — усмехаюсь. — Но пока подождите бежать в повозку — у меня к вам дело. Ко всем вам, — поворачиваюсь так, чтобы видеть всех трех девушек сразу. Затем поднимаю руку и раскрываю пальцы. Вспыхивают на солнце как льдины три ослепительных кольца.

— Мамочки! — восклицает Лена, закрыв рот ладошкой.

— Неужели?! — не сдерживается и Камила, глаза брюнетки горят как два уголька.

Светка так вообще потеряла дар речи, только губы раскрыла, покраснев как вишня.

— Елена Викторовна, Светлана Дмитриевна, Камила Альбертовна, не согласитесь ли выйти за меня замуж? — подхожу ближе.

— Конечно! Да! Даня, милый! — щебечут все три невпопад, дрожа как осиновые листья на ветру.

— Прошу ваши руки, сударыни, — произношу с улыбкой. Одновременно красавицы, как по команде, поднимают руки в армейских беспалых перчатках.

Я подхожу к девушкам и по очереди надеваю им на пальцы кольца. Случайно ловлю смеющийся взгляд Гришки, стоящего в стороне. Казах успевает мне подмигнуть, прежде чем я снова обращаю всё свое внимание на девушек. А они, застыв, с восхищенными улыбками смотрят на кольца, ужавшиеся под миниатюрный размер девичьих пальцев. Лена лучится как третье солнце. Камила гордо выпрямилась, важно расправила точеные плечи. Светка второй рукой утирает вражескую кровь с лица, улыбается, как хищный зверек.

— А чего стоим! — вдруг восклицает казах. — Горько! Горько!

Адия тихо вторит своему мужу. А потом проявляет инициативу и Иван-ологхай:

— ГОРЬКО! — как заревет этот гигант, что аж земля подпрыгивает.

Ну и делать нечего — целуемся с девчонками, пока наша группа поддержки не сманила сюда всех казидов. Тогда придется устраивать предсвадебную вечеринку в духе Вальхаллы. А оно нам пока рано.

— Ладно, надо уходить, — произношу я, медленно отстранившись от губ Камилы. Странно, но почему-то мне показалось, что брюнетка целуется почти как Антонина. Причудится же. — Мы здесь столько топтались не просто так. Я думал, что, может, разгромленной дружине придет подкрепление еще в два-три отряда.