— Да я бы сам такого кормил не только за счёт государства, а даже из собственных сбережений! Федя! — обратился генерал к адъютанту: — Передай этим говнюкам в белых колпаках, что если не поднимут свои задницы и быстро не уважат Такса, то я их по другим «кладовкам» распихаю, посадив на деликатесные хлеб и воду! Не бесплатно! Цену за проживание и еду заломлю не хуже, чем в «Короне Империи»! А потом на Рубежи с поварскими ножами отправлю Тварей шинковать! И чтобы бойца нашего накормили так, как будто сам Годунов с супругой прибыли! Потом лично проверю!

— Есть!

Исполнительный лейтенант исчез так быстро, будто сам имел способности к перемещению в пространстве.

— Ваш Такс не слишком опасен? — спросил генерал.

— Нет, — ответил я. — Он даже не в боевой ипостаси и в кладовку не полез, хотя легко может. Просто хочет повысить своё самомнение, воспользовавшись привилегией Его Величества. Ну и покуражиться немного — уважает подобное. На самом деле ему любая жрачка сойдёт, чтобы восстановить силы после утомительных переносов, но нужно поддерживать статус… Таксы — они очень самолюбивые.

— Вот и славно! — расслабился он. — Максим, а не хочешь потом ко мне со своим дружком? Поверь, я не последний человек, поэтому могу гарантировать, что по карьерной лестнице продвинетесь высоко. Вообще-то, это ко всей вашей группе относится, — резко развернулся генерал к Аксакалу. — Ты, капитан, со своими посоветуйся. Правда! Что вас ожидает? Ещё одни Рубежи. Повезёт — останетесь в Петербурге. Но там местных с «золотыми погонами» выше крыши, и вас задвинут легко. А нам подобные кадры позарез нужны! Уж ты до полковника точно дослужишься!

— Спасибо за предложение, — вежливо поклонился Ринат, сдерживая улыбку. — В принципе, согласен. Но есть одно маленькое препятствие… Император Александр. Договоритесь с ним — ваш со всеми потрохами.

— О как… Значит, уже люди повыше меня вас присмотрели. Жаль. Разочарован, но, признаться, заслуживаете этого, — всё правильно понял генерал. — В любом случае попытаться должен был. Не в службу, а в дружбу: расскажите о своих похождениях. Неофициально. Уверен, что последние и намечающиеся события ещё войдут в учебники Истории. Хочется после отставки рассказывать о них внукам почти от первого лица. Привру, конечно, но не сильно. Обещаю!

Мы рассмеялись от такого признания. Хороший мужик! Хоть и носит генеральские погоны, но всё также остаётся Чистильщиком, а не военным бюрократом. Дальнейшее застолье проходило в дружеской обстановке. Ну, а к вечеру снова оказались в Чердыни, ставшей вторым домом.

Встретили нас бурно. Меня Аня и Воронины-младшие облепили, как гирлянды новогоднюю ёлку. Ненадолго, правда. Совсем обнаглевшая Рита отогнала их и при всех страстно поцеловала совсем не в щёчку. Суровая Шеллер по обыкновению попыталась возмутиться, но, видя, что её слова пропадают впустую, сама с удовольствием полезла обниматься со всеми членами группы.

Потом курсантов выгнали, и начался серьёзный разговор.

— Мои танки на подходе, — заявил Воронин.

— База готова? — спросил Аксакал.

— Нет. И делать её теперь не собираюсь. Стройку приостановил за ненадобностью. Пока вы там красоты края разглядывали, мы немного изменили план. Как только батальон прибудет, сразу начнётся акция. С ходу. Времени на расскачку и изучение местности нет: Лорд заволновался и активно готовится.

Выживем: обоснуемся в Чердыни, так как опасности рядом не будет. По уверениям господина Берлиоза, в руках которого сосредоточена неофициальная гражданская власть, город нас прокормит с превеликим удовольствием. Если же акция провалится, то и кормить будет некого… Вот так.

— А курсанты? — повернулся я к Маргарите.

— Готовы. Провели несколько интересных игр, совместных учений. Притёрлись все друг к другу быстро. Под охраной капитана Анистовича даже к одной Дыре вывозила в пятидесяти километрах от города. Что могу сказать? Аплодисменты, капрал Котяра! Ты подготовил шикарных командиров.

Даже Мария Тушина теперь не выпадает из Слияния, взяв на себя основную нагрузку по координации в нём. Мозги у девочки реально замечательные, что вкупе с разносторонними знаниями даёт прекрасный результат. В паре с Достоевской, имеющей извращённый в хорошем смысле склад ума, может горы свернуть. Воронины хорошо подстраховывают их, а Гранин с Суриным вовремя охлаждают пыл, когда объединившиеся в единое целое курсанты начинают зарываться.

— С Дырой-то что? — поинтересовалась Мышка.