— В столице находится?

— Нет. В пригороде. Я ж говорю, что схрон тайный, поэтому место безлюдное. До трассы нормальной переться почти пять километров по лесу. Сюда даже местные грибники почти не заглядывают из-за болота рядом. Да и не сезон сейчас.

— А со связью как? — продолжил допытываться Бельмондо, с интересом рассматривая наше временное пристанище.

— Имеется, но ею лучше не пользоваться. Если только на приём, чтобы случайно не запеленговали и не удивились, что в таких дебрях делает мощная армейская рация. Ещё коробка дешёвых телефонов, зарегистрированных на подставные лица. Ловят погано, но поговорить можно. Телевизор. С интернетом облом. Если надо, то могу сам его для вас устроить. Правда, высокую скорость не гарантирую.

— Нам любой хватит, — поддержал я его идею. — С Мышкой что?

— В полицейском участке греется.

— В каком участке?

— В который её полуголую отвезли.

— Вот попала! Не по сценарию что-то пошло. Хотя, может оно и к лучшему. Самое время идти выручать. Ну что, Жан? Давно доблестным защитникам правопорядка лица не бил?

— Давно. Совсем никогда. Какой план действий?

Наше появление посреди участка вызвало у полицейских ступор. Правда, он быстро прошёл, но им это не помогло. Меньше минуты понадобилось нам с Бордо, чтобы уложить их мордами в пол.

Ирина Долгорукова нашлась практически сразу в одной из камер. Реально вся синяя от холода, хоть и кутается в большой бушлат, выданный добросердечными полицейскими, вошедшими в незавидное положение девушки.

Вместе с ней прошли в дежурную комнату.

— Всем лежать и не поднимать головы! — приказал я и для пущего понимания пару раз выстрелил в воздух. — Парни! Вы нам не враги, но убью любого, кто ослушается!

После этого опять переместились в бункер.

— Сука… — дрожа всем телом, произнесла Ирина, отхлёбывая из кружки коньяк, найденный на местном складе. — Реально согреться не могу. Знала, что легко не будет, только разгуливать по зимнему Петербургу в одних трусах — квест ещё тот.

— Смотрю, красиво тебя из дворца выпихнули.

— Ага, Макс. Надолго всем запомнится это позорище княжны Долгоруковой. Точно по расписанию в спальню к Ринату ввалилась императрица Аманда. Увидев меня в объятиях своего сына, закатила скандал, на который сбежался народ.

— Шпион тоже?

— Естественно. Ради него и старались. Потом меня Аманда за волосы вытащила из постели и приказала вышвырнуть на улицу в таком непотребном виде. Хорошо, что хоть трусы с лифчиком оставила. Начала тайком двигаться в сторону собственной квартиры, прячась от редких в этот час прохожих по подворотням. Правда, пару челюстей всё-таки сломать пришлось особо ретивым ухажёрам, позарившихся на почти голую бабёнку.

Потом нарвалась на полицию. Хотела и их «приголубить», но решила, что ну его на фиг по такой погоде. Меня поместили в каталажку, а разборки оставили на вечер. Сегодня же Провозглашение Наследников, поэтому все службы безопасности работают в усиленном режиме, временно не расследуя мелкие преступления.

Вы чего так долго шли?! Вначале на улице чуть не околела, а потом в этом каземате, где из отопления мелкая хреновина, почему-то называющаяся батареей!

— Извини. Сами ждали своего «звёздного часа».

Заботливый Такс нашёл приличную гражданскую одежду. Переодевшись, Мышка оттаяла в прямом и переносном смысле. Тут же стала обживаться и начала это делать с ревизии припасов. Вскоре в помещении запахло её фирменными оладьями.

— Безумно вкусно! — признался Жан, впервые попробовав Иркину готовку. — Ради них реально можно продать Империю!

— Да, — согласился я. — Так воевать можно. Но сильно не расслабляйся. Дождёмся Глыбу со Стеллой и вот тогда начнём. Пока же догуливаем положенный отпуск и наслаждаемся подземной жизнью.

Панкрат Глыбин лежал на продавленном матрасе и, тупо глядя в потолок, откровенно скучал, так как даже на мат уже не хватало эмоций.

Десять дней назад, нежно попрощавшись со Стеллой, он отправился на новое место службы. Карельские Рубежи хотя и не отличались особой кровожадностью, но не курорт, и голову сложить здесь легче лёгкого.

— Ничего, — крепко прижавшись, попыталась тогда успокоить и его, и себя Стеллочка. — Зато хоть в один регион едем. Я тоже послезавтра отправляюсь, и есть шанс, что рядом окажемся.

Не повезло. Даже если и рядом, то хрен до неё доберёшься из этой глуши.

Дерьмо началось ещё в поезде, когда увидел свою новую группу. Сброд. Будущие боевые товарищи напоминали больше не Чистильщиков, а Падальщиков, мародёрствующих по окраинам Рубежей. Нет ни дисциплины, ни элементарного руководства.