– Мы ожидаем результат через… – Он бросил взгляд на запястье, – через четверть часа.

– Включите громкоговоритель, – распорядился Клейн, и мгновение спустя его голос наполнил комнату: – Генерал Киров?

– Да?

– Меня зовут Натаниэль Клейн. Я занимаюсь теми же делами, которые ваше правительство поручает Валерию Антонову. Откровенно говоря, я очень хорошо его знаю.

Смит заметил, как побледнело лицо Кирова.

– Генерал?..

– Да, я вас слышал. Я… понимаю, что вы имеете в виду, господин Клейн.

Киров моментально сообразил, о чем идет речь. Антонов был скорее тенью, чем человеком. По слухам, он был самым доверенным советником президента Петренко, но никогда не появлялся на заседаниях с его участием. В сущности лишь несколько человек видели его в лицо. Однако он пользовался значительным влиянием. То, что Клейн знает Антонова, причем «очень хорошо», говорило о многом.

– Генерал, – произнес Клейн, – я не советую поднимать по тревоге ваши спецслужбы до тех пор, пока мы не получим необходимую информацию. Обмолвись вы об опасности заражения – и поднимется паника, которую Берия использует к своей выгоде.

– Согласен, господин Клейн.

– Тогда я попрошу вас воспринять мои следующие слова буквально: какую помощь может оказать вам моя служба и я лично?

– Я искренне благодарен вам за предложение, – отозвался Киров, – но пока это внутреннее дело России.

– Какие превентивные меры вы советуете нам принять?

Киров посмотрел на Смита, и тот покачал головой.

– Никаких, сэр. По крайней мере, сейчас. – На пульте зазвонил второй телефон, и Киров сказал: – Прошу меня извинить, сэр, я должен отвлечься на минуту. – Подняв трубку, он внимательно прислушался, произнес несколько слов по-русски и повернулся к Смиту. – Анализ содержимого одной из ампул окончен, – бесстрастным голосом сообщил он. – В ампуле был чай, а не оспа.

В трубке первого телефона слышалось дыхание Клейна.

– Сколько еще ампул?

– Пять. Не вижу причин надеяться, что проверка остальных покажет иной результат.

– Берия подменил контейнер, – сказал Смит. – Он забрал у Ярдени оспу и дал ему пустышку. – Смит помолчал. – Вот почему Ярдени был отравлен. Берия хотел, чтобы мы нашли у него контейнер и решили, будто бы сорвали попытку похищения.

– Звучит разумно, – согласился Киров. – Если бы события развивались по первоначальному замыслу Берии, кража была бы обнаружена значительно позже. Ярдени умер бы, но, чтобы установить его личность, потребовалось бы гораздо больше времени.

– Какое у него было задание? – спросил Клейн.

– Вывезти оспу за пределы страны, – медленно произнес Смит.

Киров посмотрел на него:

– Аэропорт! Берия повез оспу прямиком в Шереметьево.

Слова генерала лишили собеседников дара речи.

Культура оспы на борту пассажирского лайнера, который вылетает в неизвестном направлении… Это настоящее безумие!

– Почему именно в Шереметьево, генерал? – спросил Смит.

– Это единственное логичное предположение. Как еще он мог надеяться вывезти оспу за границу?

– Боюсь, он прав, Джон. Генерал, нет ли у вас возможности перехватить Берию до того, как он окажется в аэропорту?

– Если учесть, насколько он нас опередил, об этом нечего и думать. Единственное, что в моих силах, – попросить президента закрыть Шереметьево.

– Сделайте это сейчас же. Если самолет с Берией на борту поднимется в воздух, мы окажемся перед лицом катастрофы.

Автобус въехал на стоянку зоны прибытия международного терминала, и Берия покинул салон. Из-за разницы во времени большинство самолетов, выполняющих рейсы из Москвы в столицы западных стран, отправляются ранним утром. Те, кто едет по делам в Цюрих, Париж, Лондон и даже Нью-Йорк, прибывают к месту назначения в ту самую пору, когда там начинают раскручиваться колеса бизнеса.

Берия внимательно присмотрелся к охранникам в униформе, слонявшимся у стоек регистрации. Не заметив сколь-нибудь необычной деятельности или повышенных мер безопасности, он прошел к магазинам беспошлинной торговли и сувенирным киоскам. По пути чуть замедлил шаг, чтобы взглянуть на экран с расписанием отправления утренних самолетов. Только что началась посадка на нужный ему рейс.

Он подошел к зеркальной витрине магазина и сделал вид, будто рассматривает косметику и сигареты. Приближаясь к входу, он начал искать человека, с которым должен был встретиться.

Пассажиры входили в магазин и выходили наружу. Тянулись минуты, и Берия начал гадать, там ли его связник. Проверить это не было возможности, поскольку вход в зону беспошлинной торговли открыт только для людей с посадочным талоном.

Потом он увидел человека, которого искал: голая блестящая лысина плыла среди голов толпы. Приблизившись вплотную, Берия разглядел еще одну характерную примету – яйцеобразные глаза, придававшие лицу Адама Трелора озадаченное, чуть испуганное выражение.

– Дэвид! – негромко позвал он.