– Читайте до конца.

Глаза Прайса сузились.

– Джон Смит? Какого черта он делает в Москве?

– По словам Телегиной, сует нос в наши дела. Похоже, он буквально в последнюю минуту успел предупредить Кирова.

– Но Берии и Трелору удалось скрыться… или нет?

Ричардсон помассировал утомленные глаза.

– Не знаю. И именно поэтому позвонил вам. Телегина должна была доложить, как только они оба благополучно покинут Россию. Но она этого не сделала. Смотрите. – Ричардсон нажал несколько клавиш, и на экране появились свежие сообщения Си-эн-эн. – Происшествие на московском железнодорожном вокзале, – сказал он. – Кто-то учинил там перестрелку. Русские отреагировали быстро и жестко, однако подробности не сообщаются. И я начинаю гадать: что стряслось с Телегиной?

– Если она не дала о себе знать, стало быть, погибла, – ровным голосом произнес Прайс. – Либо захвачена. Если Киров…

– Не может быть! Телегина настоящий профессионал. Она нипочем не сдалась бы живой. – Ричардсон указал на экран. – Пишут, что погибли пятеро – все они сотрудники службы безопасности. Я знаю, Берия превосходный боец, но уничтожить столько противников без посторонней помощи он не мог. Думаю, в перестрелку вмешалась Телегина. – Помолчав несколько мгновений, Ричардсон добавил: – Даже если Берия благополучно скрылся, у нас все равно остаются трудности. Киров и Смит вплотную займутся Телегиной – ее передвижениями, контактами, действиями. Она могла наследить.

Прайс прошелся по персидскому ковру, который мог бы послужить украшением музея.

– Я отправляюсь в Форт-Мид. Перестрелка на вокзале в Москве? Черт побери, это ведь террористическая вылазка, компетенция АНБ. Никто не удивится, если я займу этим делом своих людей.

– А как же Смит? – спросил Ричардсон.

– Он военный, а это уже ваша территория. Его действия наверняка кто-то направляет, и, на мой взгляд, он держит в своих руках слишком много нитей. Сначала Юрий Данко, потом он появляется в России…

– Рэнди Рассел – московский резидент ЦРУ.

– Вряд ли Смит преодолел двенадцать тысяч километров ради пустяка, Фрэнк. Мы должны выяснить, кто отдает ему приказы, – и тогда мы сумеем поставить его на колени!

Открыв дверь «Бей Диджитл» и выключив охранную сигнализацию, Рэнди Рассел сразу почувствовала, что она здесь не одна. И хотя система безопасности не зарегистрировала постороннего, она уловила легкий запах табака.

– Морковка, это ты? – крикнула она.

– Я здесь, Рэнди.

Вздохнув, Рэнди заперла дверь. Она приехала рано, надеясь поработать в тишине и одиночестве.

– Где это – «здесь»?

– В каталожной комнате.

– Проклятие!

Рэнди отправилась в дальнее помещение конторы. Каталожная комната в сущности представляла собой огромный сейф, в котором хранилось самое современное компьютерное оборудование. Теоретически только она знала комбинацию, открывавшую его.

Войдя в комнату с контролируемой температурой воздуха, Рэнди застала нарушителя за загрузкой новейшей видеоигры из секретных директорий японской фирмы по производству электроники.

– Морковка, я тебя предупреждала, – заявила она, стараясь говорить суровым тоном.

Саша Рублев, прозванный Морковкой из-за жестких красновато-рыжих волос, посмотрел на нее и просиял. Этому высокому худощавому парню с живыми зелеными глазами, которые, как догадывалась Рэнди, сводили девчонок с ума, исполнилось всего семнадцать лет, но он, вне всяких сомнений, был одним из лучших программистов в России.

– Саша, в один прекрасный день сработает сигнализация, и мне придется вытаскивать тебя из отделения милиции.

Саша напустил на себя оскорбленный вид.

– Рэнди, как ты могла подумать такое? Твоя система безопасности недурна, и все же…

Пара пустяков для такого умельца, как ты.

Рэнди познакомилась с Рублевым на компьютерных курсах, организованных «Бей Диджитл» для студентов Московского университета. Тощий подросток привлек ее внимание не возрастом – он был самым младшим из присутствующих, – а тем, что, работая на портативном компьютере, сумел подключиться к серверу Центробанка России, чтобы выяснить размеры золотого запаса страны.

Рэнди сразу поняла, что перед ней безвестный гений. За бутербродами и кока-колой она с изумлением узнала, что этот парень, сын дежурной московского метро, имеет высочайший индекс интеллекта, оставшийся невостребованным из-за бюрократизма и устаревшей школьной системы. Со временем Рэнди удалось получить согласие родителей, чтобы Саша по нескольку часов в день и по выходным работал в «Бей Диджитл». По мере того как отношения между наставницей и учеником принимали все более доверительный характер, Рэнди позволяла Саше работать с самым сложным оборудованием фирмы. Она лишь заставила его торжественно пообещать, что он не будет пользоваться им для посторонних целей. Но Саша, словно игривый щенок, то и дело приносил Рэнди «подарки» – сведения, об источниках которых она предпочитала не знать.