Шрифт:
Талия положила руки мне на плечи и заглянула в глаза.
– А знаете, Джордан…
– Что?
– Похоже, вы только что обзавелись новым преданным другом.
У меня дрогнули губы.
– Спасибо…
– А теперь на кухню, подружка!
Спустя полчаса я с грехом пополам спустилась по шаткой лестнице и вышла на улицу. Из-за угла домой показалась голова Кайсера, и я услышала его шепот:
– Сюда.
Мне не хотелось сейчас видеться с ним, но выбора не было. Я завернула за угол и почти налетела на него.
– Прошу прощения за то, что мы стали невольными свидетелями… – пробормотал он виновато. – Мне очень жаль… И… я вам сопереживаю.
– У меня больше нет сил говорить об этом.
Я быстрым шагом направилась прочь от дома, так решительно, что Кайсер едва нагнал меня.
– Мне неловко вспоминать, как я в вашем присутствии отзывался о поступке Роджера Уитона. Ну, во Вьетнаме… с той девочкой, – сказал он у меня за спиной.
Через пару минут нас нагнал фургон и медленно поехал следом.
– Чего бы вам сейчас хотелось, Джордан? Только скажите!
– Вернуться в гостиницу и принять душ.
– Хорошо.
– И я не хочу ехать в фургоне.
– Отлично, я сейчас поймаю такси. И провожу вас, можно?
Я не могла смотреть на него. Знала, что он меня хочет. Но в ту минуту мне это было неприятно. Будило раздражение и злость. Мне не нужны были его объятия и утешения. Меня могла утешить только женщина. Та, которую ФБР подозревало в причастности к похищению моей сестры. Но Талия меня уже утешила, как могла.
Фургон наконец обогнал нас и остановился. Задняя дверца распахнулась. Кайсер перекинулся парой слов с Бакстером и вернулся ко мне.
– Он вызвал машину. Она подъедет через несколько минут.
Я наконец подняла на него глаза.
– Талия не узнала меня. Она не видела меня раньше. А значит, не видела и Джейн. Запомните это, Джон.
– Хорошо.
– Спасибо.
17
В ванной комнате гостиничного номера остатки душевного равновесия меня покинули. Я стояла под струей горячей воды, зажмурившись и закрыв лицо обеими руками, но мне некуда было деваться от страшных видений. Вот Вингейт пытается спасти из огня картину, а на нем уже дымятся башмаки… Вот потные подонки валят меня на землю лицом вниз, чье-то колено грубо давит на позвоночник, а завернутые за спину руки стягивают солдатским ремнем… Вот Марк впивается в мою шею влажным страстным поцелуем… Марсель де Бек, обернувшись от стеклянной стены, скользит по мне странным взглядом…
Я пустила воду погорячее и подставила лицо плотному обжигающему потоку. Итак, я повидалась сегодня со всеми подозреваемыми. С умирающим старым художником, с брутальным и похотливым мерзавцем, с утонченным эстетом и циником и с красивой несчастной женщиной. Вчера в моем сердце теплилась надежда, что этот день принесет какие-то результаты. Меня ввела в заблуждение уверенность Бакстера, Ленца и Кайсера. Как и их «улики», и стремительная череда событий, каждое из которых, казалось, приближает нас к разгадке. Я думала, вот пройдет еще немного времени и мы наконец увидим, поймем, обнаружим…
Увы.
Интересно, о чем теперь думают мои новые коллеги из ФБР? После блистательного провала их замечательного плана? Строят новые гипотезы или намерены и дальше цепляться за старые? Ни один из подозреваемых, увидев меня, не выдал той реакции, которой от него мучительно ждали.
Где-то близко раздалась трель звонка. Я не сразу даже поняла, что это телефон, так у меня гудела голова. Отдернув полиэтиленовую шторку, я увидела надрывающийся аппарат на мраморном столике у раковины. Мне с трудом, но все же удалось до него дотянуться и снять трубку.
– Да?
– Это я.
– Кто?
– Джон. Джон Кайсер.
В его голосе я почуяла явную неуверенность. Очевидно, ему было неловко разговаривать со мной после всего услышанного.
– Что случилось?
– Ничего, я стою внизу.
– Зачем?
– Перед тем как большие чины потребуют от нас отчета о проделанной работе, мы встретимся узким кругом. Бакстер, Ленц, Боулс и я. Понимаю, что вы сейчас не в том состоянии, но мне показалось, что вы обидитесь, если мы не предложим вам присоединиться.
– Я сейчас в душе… Вы хотите обсудить итоги проведенных допросов?
– Не совсем. Бакстер только что звонил. Сказал, что появилась новая информация.
– Какая информация?
– Он не стал рассказывать по телефону.
Честно говоря, после душа я планировала выпить что-нибудь из мини-бара и упасть на постель. Но он прав – я бы обиделась, если бы они меня не позвали.
– Дайте мне пять минут.
– Пять?
– Да.
– Хорошо.
Он повесил трубку, явно не веря, что женщина, стоящая под душем, способна за такое время привести себя в порядок.