Шрифт:
– Завещание было составлено за три дня до свадьбы Павла Орлова с его супругой урожденной Софьей Воробьевой. Поэтому при обращении в суд вдова, безусловно, получит квартиру, где проживала с супругом, в свое пользование. Она имеет право на равную долю сбережений мужа в течении тех лет, что они состояли в браке.
Лицо «царицы Тамары» в ответ на слова нотариуса сделалось агрессивным. Но она промолчала, втайне надеясь, что невестка не станет судиться – благородная дура. Ведь не сдавала же она ее сынишку Иллариону – пожалела. И тут не станет морально пачкаться – главное, ее не злить.
Но Софья, у которой сошли уже синяки, восседавшая в обтягивающем фигуру платье, делающей ее похожей на гитару, улыбнулась нотариусу обворожительно и многообещающе: – Непременно обращусь в суд, – уверила она собравшихся родственников Павла.
И не глядя на то, как заклубился этот родовой клубок, вышла из зала, покачиваясь на шпильках. Она вся была словно вызов, агрессивная сексуальность, непобедимая власть.
За пятнадцать минут она пережила сперва горечь поражения, а потом драйв победы. Пусть и только вероятной победы, сопряженной с борьбой. Адреналин бился в крови, как молот, лицо сияло недобрым светом и горело румянцем. Песцовый палантин она взяла в руки – так ей было жарко от неожиданного триумфа.
И в этом наряде и душевном состоянии из машины, застрявшей в пробке, ее увидел режиссер Заславский. Он застыл от восторга перед этим явлением некой языческой богини. Режиссер крикнул жене, чтобы припарковалась, и буквально катапультировался со своего заднего сиденья. И перепрыгивая сбившийся у кромки дороги мусор и лужу растаявшего снега, бросился наперерез красавице, которую можно было только выдумать, а никак не увидеть живьем. И то, что волнами менялось на ее лице, не позволяло понять, что это именно она переживает. Такой глубины эмоций не на сцене, не в жизни режиссер Заславский никогда не видел.
Он мгновенно, словно охваченный лихорадкой, решил взять эту «ля фам фаталь» на роль Жиз в сценарии, написанном по подлинной истории, услышанной им от Клода в Австралии. Так и только так представлял он себе супругу неотразимого супермена. Поэтому на своих коротких толстых ножках Игорь покатился, как колобок, наперерез стремительному, летящему движению Софьи в сторону припаркованной у бортика дороги ее машины.
– Извините, сударыня, – несвойственным ему, дрожащим от робости голосом, проквакал толстый «почти карлик», – Я не типичный приставала, ей Богу. Разрешите представиться – режиссер Игорь Заславский, тот самый! – он попытался поймать руку женщины и поцеловать ее, но Дива каким-то детсадовским движением спрятала руку за спину, противясь его намерению.
– И что, я должна упасть в обморок от восторга? Думаете, я никогда не слышала, как заманивают девушек в неприятности?
Ангел Режиссера мгновенно обменялся мыслями с Ангелом Софьи:
– Мы вели девушку к нему на встречу с ювелирной точностью, не дай своему подопечному отступиться. Мы выполняем Божью Волю, а не просто даем шанс получить работу оставшейся без средств девушке.
Ангел Заславского – такой же кругленький и маленький, с крыльями, сложенными на груди, как не сходящийся на пузе пиджак, только кивнул в ответ. И завис над ухом подопечного.
– Ты во всех интервью будешь рассказывать, как встретил свою звезду на улице и кинулся на ней, выскочив на ходу из машины.
Режиссер мысленно увидел себя на красной ковровой дорожке под руку с этой звездой «Плейбоя». Это помогло ему не поддаться уколу гордости. Как же, он – великий, а от него брезгливо руку прячут!
– Милочка, я не шучу. Хочу, чтобы вы пришли на кинопробы. Есть роль – жены главного героя, словно для вас написанная. Или вы уже заняты где-то?
Красавица минуту смотрела молча на мужичонку, которому с дороги гудела другая красотка за рулем, видимо, с ней он ехал.
– Прилипала или правду говорит? – крутилось в голове у Сони, – Вроде бы его жирненькая рожица мелькала на телеэкране. Может, не врет?
Работы-то у нее нет, а завещание еще надо оспаривать, тем временем придется жить на что-то.
Ангел Софьи практически упирался ей в грудь, мешая уйти от режиссера: непросто будет их свести вместе снова. Ведь, чтобы Заславский Соню увидел, Ангелам пришлось столкнуться с некоторыми проблемами. Они с трудом подгадывали маршрут от дома до киностудии так, чтобы режиссер проехал мио нотариальной конторы в тот момент, когда распаленная борьбой Соня выскочит из нее.
Вынув, наконец, руку из-за спины, она протянула ее, и Заславский к ней приложился, а потом сунул в руку «богини» визитку.