Нет уж.

Это наша с ним жизнь, эти бандиты даже дышать в сторону моего ребенка не заслуживают.

– Попил? – забрала стакан и подхватила сына на руки. – Поехали скорее.

– Мама! – ахнул Гриша. И тихонько добавил. – Я в туалет хочу.

Ох, черт…

– Потерпишь немножко?

Посмотрела в его большие темные глаза и вздохнула.

Спасибо, блин, папочка.

Так нас подставил.

– Ладно, только быстро, - прижала Гришу к себе и выскользнула в коридор. Перебежала за угол. И толкнула дверь ванной. – Заходи.

Прикрыла створку.

Топчусь под дверью, жду. Прислушиваюсь к голосам в холле и чувствую себя крайне глупо.

Папа мог и предупредить, на ком женился!

Не сложно ведь сказать несколько слов: дочка, мою новую супругу зовут Гела.

Хотя, я сама виновата. Долгое время слушать ничего не хотела и трубку бросала, когда он звонил. Думала, если отгорожусь от прошлого, то так мне легче будет, это как три обезьянки из мудрости – не слышу, не вижу, не скажу.

Отрешенность от зла.

И вот что вышло.

Бегаю по собственному дому.

Нет, всё-таки папа должен был сказать. Хотя бы чтобы посмеяться, мол, представляешь, Рита, я женился на той самой Северской, матери бандитов, у которых украл кучу денег.

Я бы тогда к этому дому и на сто километров не приблизилась.

Я бы не согласилась на переезд в Россию, и пусть бы Димитрий обиделся на меня.

Ведь получается, что мы с этими мерзавцами теперь почти родственники.

Одна большая семья.

– Гриш? – позвала. – Все хорошо, выходишь?

И похолодела, когда по коридору застучали каблуки.

– Сполосну руки и вернусь, - весело пообещала Гела. – Димитрий, вы пока проходите, не стесняйтесь. Будьте, как дома.

Стук каблуков приближается. А я вспоминаю женские домашние босоножки, которые видела в холле. Все из кожаных веревочек, с пушистыми черными помпонами.

Еще тогда отметила, что папина жена эксцентрична.

Могла бы и догадаться, кому они принадлежат.

Гела вырулила из-за угла, и я поспешно отвернулась.

– Ой, здрасьте, - проворковала она. – Рита, да? А я Гела.

– Угу, - буркнула, не поворачиваясь.

Может, Гела не лезла в дела сыновей. И не знала, чья я дочь. И не помнит меня.

Хотя сложно забыть, что твоим гостям в напитки слабительное подсыпали, с той вечеринки в доме Северских просто бежали все, сверкая пятками.

Она меня ненавидит.

– Мы очень рады, что вы приехали, Роман так вас ждал, - продолжила она чуть рассеянно. Стоит и общается с моей спиной. – Сегодня у нас праздник. Вот-вот подъедут мои сыновья-красавцы.

Эх.

И не врет ведь.

Мужчин, красивее, чем братья Северские, я за всю жизнь не встречала.

– Рита, а вы…

Открылась дверь и в коридор вышел Гриша.

– Солнышко мое, - подхватила сына на руки. Спрятала лицо и обогнула Гелу. – Нам ехать пора, до свидания.

– Уже? – поразилась она за спиной. – А как же…

Ускорила шаг.

Не хочу я с ней разговаривать, чего непонятно?

– Марго, у тебя прекрасный отец, - похвалой встретил нас муж. Он уже пальто снял, остался в костюме.

Мы на заказ шили, ему и Грише, одинаковые.

И когда я видела эту нарядную парочку – всегда улыбалась. Сейчас же зыркнула так, что муж изогнул бровь.

– Все нормально?

– Собирайся, поехали, - приказала.

– Куда? И почему?

– Пап, и я не хочу, - признался Гриша. С недовольством посмотрел на ботиночки, которые я достала из шкафа.

– Рита, - требовательно позвал Дима, пока я торопливо обувала сына. – Объяснись.

– Потом.

– Я твоему отцу уже пообещал вино продегустировать. Он уверяет, что там нектар, созданный младшим из олимпийцев. Он за бутылкой пошел. Даже интересно посмотреть, что там за волшебство такое.

– Дима, потом напьешься, - нагрубила и выпрямилась. – Ты можешь просто сделать, как я сказала?

– Могу, - помедлив, ответил муж. – Если узнаю мотивацию. Сама рвалась внука с отцом познакомить. Мы никуда не поедем, пока не скажешь, в чем дело.

Топнула ногой.

Вечно он такой.

Привык требовать на работе и переносит свои диктаторские замашки на семью.

А если времени нет объяснять?

– Голова у меня болит, ясно? – буркнула. Застегнула на сыне курточку и подхватила сапоги. – Димитрий, оставайся. Мы с Гришей будем тебя ждать в гостинице.