… Больница. Врачи. И неутешительный диагноз — воспаление лёгких. Набегалась в одном платье? На волоске от смерти. Но мне наплевать. Какая разница? Ворону же меня всё равно не жалко. Да и не нужна мне жалость. Ничего от него больше не нужно. Живу в параллельной вселенной и не хочу возвращаться. Там у меня ничего не болит. Там я всё ещё с ним и счастлива…

… Две недели агонии, и моё тело приходит в норму. Но душу спасти не получилось. Она выгорела дотла. Не осталось ничего, лишь безжизненная пустыня. Лежу дни напролёт и смотрю в одну точку. Даже отец по-своему истолковав мой протест, сжаливается и предлагает альтернативный выбор браку с Асадом. Клинику для душевнобольных. Так себе перспектива, но лечь под него после Ворона ещё хуже…

… Буквально за день до выписки приходит лечащий врач, чтобы поговорить один на один. Небрежно сообщает о незапланированной беременности и предлагает аборт. Срок позволяет. А вот выносить и родить здорового ребёнка почти нет шансов. Организм ослаблен после болезни, да и эмоциональное состояние нестабильно. Сутки на размышление…

… Шок, отрицание, неверие, непонимание. Все стадии я прошла очень быстро и почти не задумываясь. Во мне уже жила жизнь. Маленькая частичка любимого мужчины. Чудо? Решение нужно было принимать быстро. Я не смогла его убить, точнее, я очень хотела, чтобы этот ребёнок родился. Но я была одна простив всего мира. Даже про брата ничего неизвестно. Некому ни поддержать, ни защитить. У меня осталось только два выхода…

Меня резко дёргает вперёд, а затем откидывает назад. Впечатываюсь в спинку, распахиваю глаза и непонимающе осматриваюсь. Всё ещё в машине. Просто пробка началась.

— Давай по обочине.

— Сейчас.

Конвоиры тихо переговариваются между собой, а я зябко ёжусь. С каждой секундой моя решимость тает, как снег под весенним солнцем. Куда я ввязалась? Кто меня за язык только тянул? Что теперь будет? Ой, дура. Начинает накрывать паникой и мелко потряхивать. С трудом сохраняю спокойствие. А так хочется разрыдаться от беспомощности. Но нет, я не доставлю им такого удовольствия. Никому. Я справлюсь. Как и всегда.

Телефон вибрирует в кармане. Не задумываясь, достаю и смотрю на дисплей. Сын. Я не могу не ответить. Дрожащей рукой сдвигаю зелёную трубку в центр.

— Да, Егор, — тихо говорю я.

— Мам, ты где? — встревоженный голос сына пробивает по нервам. — С тобой всё в порядке?

Переживает. Надо его как-то успокоить. Надеюсь, Асад не наговорил ему лишнего.

— Да, — отвечаю и краем уха слышу конвоиров.

— Ты чё телефон не забрал?

— Я думал, ты заберёшь.

Машина резко тормозит, и они оба поворачиваются ко мне. Стискиваю зубы и подбираюсь. Вот только попробуйте, и башку откушу.

Ирина

— Дай сюда, — протягивает руку один из них.

Щёлкаю пальцами, призывая заткнуться и качаю головой.

— Всё хорошо, — успокаиваю сына. — Я ненадолго уехала, по работе…

Они смотрят на меня как на сумасшедшую, но больше не пытаются отнять телефон. Видимо, решили, что лучше не связываться. Тем лучше для них. Сын — это святое.

— Дома отец и кухня в крови, — сообщает он с каким-то мрачным торжеством, а я недовольно вздыхаю. Нельзя злорадствовать, не хорошо это.

— Что с ним? — выразительно смотрю на своих надзирателей.

— Говорит, упал.

Хорошо. Пусть будет так. Не рассказывать же мальчику, что происходит на самом деле. Ни к чему ему вся эта грязь.

— Справитесь без меня?

— Думаю, да. А ты скоро?

— Постараюсь побыстрее, — голос предательски подрагивает, но, надеюсь, Егор этого не заметит. Нет у меня для него ответа. Я и сама не знаю, чем всё закончится. Может, обойдётся и наш разговор не последний.

— Хорошо, буду ждать.

— Пока.

Сбрасываю звонок и облегчённо выдыхаю. Главное, с сыном всё в порядке. Это единственное, что меня интересует. С остальным как-нибудь справлюсь.

— Телефон дай сюда.

— Да забирай, — без сожаления отдаю. — Но имей в виду, если до меня сын не дозвонится — поднимет панику.

Блефую, но что ещё остаётся?

— Разберёмся.

Внедорожник вновь трогается с места. В салоне тепло, но меня потряхивает. Отходняк, помноженный на нервы даёт такие спецэффекты. Ещё магия этого дня не отпускает. Всё сыпется в одну кучу. Ну почему именно сегодня? И так дико хочется напиться и порыдать, а не вот это вот всё. Но кому есть дело до моих желаний? Только права и обязанности.

— Куда мы?

— На базу.

Доносятся до меня мужские голоса, но не вызывают никаких эмоций. Больше цепляет место, где мы находимся. Неприятные озноб пробегает по телу, а волоски на коже вздыбливаются. Даже в темноте помню этот район как свои пять пальцев.

Я жила тут до замужества. В доме отца. А потом мы с Асадом уехали в другой город. Почти пятнадцать лет здесь не была и не собиралась. Но судьба сегодня в ударе. Решила опять протащить меня мордой об асфальт.

Криво усмехаюсь и прилипаю к окну, жадно всматриваясь в очертания зданий. Многое здесь изменилось, но что-то осталось прежним. Серые пятиэтажки. Проезжая мимо одной, сердце заходится неистовым волнением, а дыхание застревает в горле. Я всё помню. Здесь жил Ворон. Даже свет горит в его окне. Какая ирония.