Конечно, она все вернет, когда Джонатан привезет ее часть золота.

Сам же перелет до деревни дался Анне крайне тяжело. Впрочем, как и предупреждал Югор. Они останавливались на отдых гораздо чаще, чем собирались. Спустя час Анна готова была признать свою неправоту. Спустя два — всерьез собиралась умереть в снегу под ближайшей елкой. Она была уверена, что больше точно не сможет. Югор, тревожно ухая, нарезал над совой, что распластала крылья в снегу, широкие круги, а потом исчез. “Ну все, бросил, — лениво подумала Анна. — Хотя нет, этот не бросил. Полетел за подмогой. Интересно, я доживу или нет?”.

Но он вернулся спустя пару минут — и уронил в снег окровавленную тушку мыши. И где только нашел? Улетел снова.

Когда вернулся с какой-то небольшой птахой — мыши уже не было. Убежала, наверное. Ну не могла же Анна и в самом деле ее сожрать, это невозможно! Она же нормальная женщина, а не какая-то там… дикая сова! Кстати, перья — это невкусно, но заглотить добычу целиком проще, чем отрывать кусочки.

После горячей трапезы сил прибавилось. Дотянули. Правда, как только появились признаки цивилизации — едва видневшиеся под снегом заборы, укатанная дорога, запах дыма, Югор немедленно перекинулся в человека. Он был бодр и полон сил. А Анна не смогла, так и лежала в его руках полудохлой птицей. И ей вообще было плевать, что о ней подумают.

Анхорм бодро шагал по дороге. Через пару километров им навстречу попался ядовито-розовый автобус, остановился — на севере не принято гулять в одиночку.

— Тааннет, помощь какая нужна? — крикнул водитель из окна.

Анна лениво приоткрыла один глаз, сообразив — детишки же. Школьники.

— Куда едете? — спросил Анхорм.

— По домам детей везу из школы, — подтвердил догадку водитель. — Если не торопитесь, то залезайте внутрь, там тепло. Через час будем в Валаде.

Югор посмотрел на Анну и кивнул. Они уже совершенно никуда не торопились.

Открылись розовые двери, Филин легко запрыгнул в салон автобуса. Детей здесь сидело немного — это явно была не первая остановка.

Анна быстро согрелась, потянулась — и внезапно обнаружила себя сидящей на коленях у Югора. А на нее во все глаза смотрели ребятишки лет восьми-десяти.

— Э-э-э, привет, — сказала она, сползая с Югора и закутываясь в свой плащ. — Меня зовут Анна, я сова и я немного не рассчитала силы.

— А я Валик, — тут же улыбнулся ей парнишка в шапке с помпоном. У него не было передних зубов. — Я тоже крылатый. Я сойка. Сой. И тоже плохо летаю.

— А я Ника. Я воробей. А твой дядя — он кто?

— Тааннет Анхорм к вашим услугам, юные тааны, — представился и Югор.

— Тот самый? Филин? — загалдели школьники. — Из страшного замка на горе?

— Тот самый.

— Замок не страшный, — запротестовала Анна. — Он очень красивый и уютный.

— А вы там живете, да?

— Тааннет Анна — моя гостья, — быстро сказал Югор. Он даже не подозревал, чем ему потом обернутся эти простые слова. — И я с ней согласен, мой замок совсем не страшный. Вот придет весна — скажите своему учителю, что тааннет Анхорм звал вас в гости. И приезжайте.

Дети восторженно завизжали, а Югор пояснил для Анны:

— В замок иногда привозят экскурсии. Я не против.

— Заброшенный замок, говорили они, — проворчала Анна. — Старый отшельник Филин, говорили они. Паутина, склепы, тайные ходы…

— Все так, разве нет? — Анхорм улыбнулся лукаво и подмигнул широко раскрывшим глаза ребятишкам. — Вот приедете, и я отведу вас в подземелье.

— А там есть скелеты?

— Нет, увы. У меня такая экономка, она за скелетов меня бы прибила. Бочки с вином есть. И картошка.

Очевидно, этого было достаточно для детского воображения, потому что все тут же хором пообещали приехать, даже шофер крикнул, что он тоже в деле.

Анна никогда не видела Югора таким оживленным и, пожалуй, мягким. Он, в отличие от нее, совершенно не боялся детей, не смущался, терпеливо отвечал даже на самые глупые вопросы. И когда ему от всей детской души предложили шоколадку в ярком шуршащем фантике, с удовольствием ее взял, развернул, разломил и половину протянул Анне.

Пожалуй, в этот момент ей впервые захотелось в него влюбиться. Жаль только, что они уже пообещали друг другу этого не делать.

Спустя минут сорок и две деревушки, а, скорее, даже хутора в пять-шесть домов Анна и Югор остались в автобусе одни. Филин тихо пояснил:

— В этих местах одна школа — в самом Эль-Валаде. Местные же живут в окрестных деревнях. Хоть основной заработок тут — туризм, но кое-кто выращивает овощи, пасет скот, охотится, следит за лесом. Жизнь у нас простая, как двести-триста лет назад. Дома старые, а кровати новые, с ортопедическими матрасами. В каждом доме есть и печь, и теплые полы. Имеется своя почтовая служба, но и визоры тоже есть. Кто не крылат — у тех непременно есть лошадь. Она пройдет там, где не проедет автобус.