— Это так странно, — сказала Анна, по-дружески опуская голову ему на плечо. — Сплетение двух миров, старого и нового.

— Да, именно так. Вон, смотри — лошадь, запряженная в сани. И мы на автобусе с кристаллическим двигателем.

— Ну, у нас хотя бы отапливаемый транспорт, — разумно заметила Анна. — И сиденья удобные. И еще шоколадом угостили.

— Все лучшее — для детей, — усмехнулся Югор. — Кстати, то, что здесь есть дети — показатель неплохой, в общем-то, жизни. Когда люди живут впроголодь, третьего и четвертого ребенка заводить не спешат, да и второго-то не всегда рожают.

— Это верно.

— Я люблю детей, — сообщил Югор, будто Анна еще этого не поняла. — Они такие искренние… пока не улетят из дома навсегда.

Лыжная база оказалась совсем не тем, что ожидала увидеть Анна. Мариэлла рассказывала, что тут довольно скромно, но поселок оказался на удивление многолюдным. Небольшие домики были обшиты разноцветными досками, сверкали вывески “Сувенирная лавка”, “Горячий кофе”, “Медицинский пункт”, “Все для спорта”. Издалека было видно трехэтажное здание со светящимися буквами “Отель “Гнездо Филина”.

— Что, тоже твое? — спросила она у Югора.

— Да. Мое. Весь поселок мой на самом деле. И школа, и медпункты, и магазинчики — все тут построено на деньги Анхормов. И, конечно, знаменитая на весь Эйлеран канатная дорога в Снежные горы.

Анна споткнулась. И откуда она слышала об этой дороге? Что-то неприятное, даже тревожное. Она сморщила лоб и уже почти задала вопрос, но неожиданно увидела то, чего здесь быть никак не могло.

Знакомые плечи, обтянутые клетчатым пальто, черноволосый затылок. Да откуда?

— Джонатан! Джонатан Мэррил!

Плечи остановились, развернулись. Это действительно был он, ее родной и любимый брат.

— Анна?

Джонатан бросился ей навстречу, закружил Анну в объятиях. Она засмеялась радостно и расцеловала его в румяные от мороза щеки, а потом немедленно отругала:

— Ты почему без шапки? Хочешь заработать гайморит или воспаление легких?

— Прости, мамочка, я больше не буду! — Шапка оказалась у Джо в кармане, он ее немедленно надел, всем своим видом изображая раскаяние.

— Я ему говорила, — раздался томный женский голос, и Анна увидела еще одного Мэррила. Вот только рада ему она не была.

Маргарита, как и всегда, выглядела дьявольски красивой. Алая куртка и белоснежная шапка оттеняли смуглую кожу и крупные черные локоны. Черные глаза сияли, губы накрашены алой помадой. У Маржд был очень красивый рот, похожий на сердечко — верхняя губа чуть больше нижней, и оттого казалось, что она все время удивляется, а еще кузина умело пользовалась косметикой в отличие от самой Анны. Тени, тушь, невесть что еще — ну не может у сорокалетней женщины быть такой ровной нежной кожи! Или может?

Анна тяжело вздохнула. Если бы рядом не стоял Югор, она была бы рада видеть Маргариту. Но сейчас почему-то напугалась, что Филин обратит на черноглазую свой благосклонный взгляд. Но представить родню все равно нужно, поздно уже убегать.

— Тааннет Анхорм, это мой брат Джонатан и кузина Маргарита.

— Для вас — просто Марго, — мурлыкнула противная девка, с восхищением разглядывая Филина.

— Джо, Мардж, это Югор Анхорм — хозяин замка Трех Ветров, мой хороший друг.

Про то, что Югору еще и поселок принадлежит, она скромно умолчала. И без того жадный взгляд кузины раздражал ее неимоверно. — И как вы здесь оказались, скажите на милость?

— Получили твое письмо и приехали, — весело сказал Джонатан. — Что ты думаешь — оказывается, в замок и не попасть. Торчим тут третий день. Кстати, я уже покатался на лыжах, трассы здесь великолепные.

— Да кто б сомневался, — сморщила нос Анна. — Привез?

Она выразительно посмотрела на брата, а тот покосился на Югора — как будто Филин не догадывался, о чем именно Анна писала Джо.

— Тааннет Марго, вы, конечно, поселились в “Гнезде Филина”? — тут же понял намек Анхорм. — А знаете, почему гостиницу так назвали?

— Здесь водятся филины? — неуверенно предположила Мардж.

— О, разумеется, они здесь водятся. Кстати, вы обедали? Я голоден, как… филин.

— Мы как раз шли в местный ресторанчик, тут кормят просто божественно. Составите нам компанию?

— С превеликим удовольствием. Анна, догоняйте.

И этот пернатый негодяй оттопырил локоть, предлагая Мардж на него опереться.

Анна только скрипнула зубами. Она никогда в жизни никого так не ненавидела, как эту красавицу Мэррил. И это было странно — она ревновала. Разве можно ревновать того, в кого не влюблен? Или это — врожденная женская особенность? Мой кавалер — убери свои когтистые лапы, дрянь! И не важно, что он мне не совсем нужен…