— Она поклялась мне своей жизнью, что будет хорошей. Так что, да. Она проводит Рождество с ними. Мы разговариваем каждый день, и это звучит так, как будто она действительно наслаждается жизнью.

Она не придет.

Я мог видеть, какими будут мои следующие шесть месяцев. Больше гребаного Каиного Огня.

ЕЛЕНА

Рождественские каникулы были потрясающими. Я никогда не думала, что мама скажет «да». Может быть, то, как я спросила ее, сделало свое дело. Думаю, она знала, как я отношусь к Блейку.

Я не была готова увидеть его, не после того, что он сделал. Я была так не готова снова увидеть Ледяную Королеву, увидеть ее злорадство. Без сомнения, этот идиот рассказал ей о том поцелуе. Я была уверена, что она сочтет меня бедным ребенком.

Нет, я не была готова.

Моя мать видела это. Хотя следующие несколько дней она безостановочно играла на пианино, она все равно отпустила меня.

Серьезно, она думала, что я буду спать с Ли?

Конечно, мы несколько ночей ходили на вторую базу, прощупывая друг друга, но так оно и осталось. Он знал, где он был со мной. Я не была влюблена в него. Он был просто отвлекающим маневром. Действительно хорошее развлечение.

Вначале он боялся Блейка, но чем больше мы говорили о Блейке, тем меньше он его боялся. Это фактически привело к нашему первому свиданию.

На втором свидании мои родители познакомились с ним и его семьей. Им понравился Ли. Конечно, понравился. Они увидели человека, которого он хотел, чтобы они увидели, а не плохого мальчика… Я вздохнула. Того, кто напоминал мне моего дракона… эта его сторона была зарезервирована только для его близких друзей и, конечно же, для меня.

Я начала слушать новую музыку. Я устала от голоса Блейка в наушниках. Было несколько новых песен, которые, как мне казалось, были написаны только для меня. И я сказала себе, что это пройдет. Я забуду Блейка. В конце концов так бывало у всех.

— Елена, — Ли перестал целовать меня. Я открыла глаза.

Он не смотрел строго. Даже при свете луны, льющемся в окно, я могла оценить это по достоинству. Он уставился на меня своими глубокими карими глазами и нахмурил брови. Его светлые волосы были взъерошены после нашего сеанса поцелуев.

— Что? — Мы были на его кровати, снова раздражая друг друга.

Если его мать узнает, что меня нет в моей комнате, как и положено всем хорошим принцессам в этот час, она позвонит моей, и это будет конец. Но мне было все равно.

— Где ты?

Я чувствовала себя сбитой с толку.

— Здесь.

— Нет, это не так, — сказал он и скатился с меня. Мы все еще застряли на второй базе, потому что я отказалась с ним спать. Я привела ему так много причин, почему нет. Все они сводились к одной истине: меня там не было с Ли.

— Это снова он?

— Кто? — я притворилась, что не знаю.

Его голос был угрюмым.

— Этот твой гребаный тупой дракон.

— Нет, — солгала я. — Серьезно, я могла бы увидеть его в это Рождество, но я здесь с тобой. — Я поднялась с кровати. — Я ненавижу твою неуверенность, Ли.

— Прости. — Он потянулся ко мне.

— Просто я пошла спать, — сказала я, оттолкнулась от его кровати и на цыпочках вышла из его комнаты.

Мне пришлось солгать. Я ненавидела ложь, но Ли никогда не мог узнать правду. Если бы он знал, что у меня не было намерения когда-либо спать с ним, что я действительно все еще привязана к Блейку, он бы порвал со мной. А он был таким большим отвлекающим фактором.

БЛЕЙК

После перерыва занятия в школе возобновились. Было трудно притворяться счастливым и веселым, когда все, чего я хотел, — это вырвать сердце маленькой королевской особы за то, что она сбежала. Так что теперь у нее был гребаный парень. Я разозлился не из-за этого факта. Она все еще была мне как младшая сестра, сказал я себе. Нет, это был просто факт, что я был темным, и ей было все равно из-за одного дурацкого гребаного поцелуя.

Следующие несколько месяцев пролетели незаметно. Вороны не прилетали. Даже не было пожелания на день рождения.

По мере приближения ее дня рождения приглашения начали поступать всем… кроме меня. Люциан и Энни получили приглашения на пятнадцатилетие Елены. Я — нет.

Я позвонил отцу и спросил, могу ли я поехать домой с Табитой. Тьма становилась все сильнее. У Фила, ее брата, был Каинов Огонь.

К моему удивлению, папа спросил:

— А как насчет дня рождения Елены?

— Я не пойду.

Его голограмма нахмурилась.

— Блейк, что, черт возьми, происходит? Ты никогда не пропускал ни одного ее дня рождения.