– Я вернулся, – объявил Антон, выглядывая из-за угла. – С парадной двери начинать?

– Да, давай.

Антон ловко вынул замок из входной двери, вставил новый, что-то подкрутил. Попробовал – всё работало. Поменяв механизм в двери, ведущей на веранду, вернулся в гостиную, стал рыться в чемодане.

– А это что? – сдвинул брови Антон, достав из своего ящика пёструю коробку. – А, точно. Забыл совсем.

Новиков подошёл ближе и поднял с пола коробку, которую там оставил Антон. Невскрытая модель для сборки – красная «Волга-21».

– Ух ты, всегда такую хотел, – проговорился Новиков.

– Хочешь, подарю? – спросил Антон, глядя на него снизу вверх.

– Нет, я про машину.

– Извини, сразу не понял. Это дед Сёмке прислал на день рождения, а ему не понравилось. Не до того ему сейчас – с пацанами гулять надо.

– Это твой младший брат? Который окно разбил?

– Ну да, – усмехнулся Антон. – В половине посёлка бесплатно стёкла вставлял. Дружки у него – мрак. Сами накосячат, а он отвечает.

– Плохая компания? – понимающе спросил Новиков.

– Ну да. – Антон продолжал швыряться в чемодане. – Сам таким был. Чуть не сторчался совсем.

– Да ладно? – не поверил Новиков.

– Было дело, – протянул Антон.

– Ты с братом всё-таки поговори. Мало ли что. Особенно если дружки гнилые.

– Да ладно, – отмахнулся Антон. – Перебесится. Слушай, а его правда могут забрать?

– Если кто-то заявит. Но я так понимаю, что он уже многим на нервы действует?

– Н-да. – Антон сел на пол, подтянув колени. – Я, конечно, тоже на учёте стоял, но до изымания не дошло. Хотя жизнь сам себе знатно испоганил.

– Ну выправился же.

– А знаешь, как? – Антон криво усмехнулся, снова глядя на Новикова снизу вверх. – Отец меня в погребе запер. На два месяца.

– Жёстко.

– Зато действенно. Правда, Сёмке я такого, ясное дело, не желаю, – покачал головой Антон. – Но это лучше, чем в могилу. И из-за всего этого я профукал лучший шанс в жизни.

– Это какой?

– Девушка, которую я любил, вышла за другого. Теперь в Ключе живёт. – Антон смотрел в сторону, а Новиков не понимал, с чего он так разоткровенничался. А главное – зачем. – Дети у неё уже. Только болеют. Непонятно чем.

А, вот зачем Антон душу вывернул. Хочет узнать, не в курсе ли Новиков, что происходит и не собираются ли вводить карантин.

– А давай я у тебя эту модель куплю? – предложил Новиков, указывая на коробку, которую так и держал в руках.

– Так бери. Ты нас с Сёмкой сегодня выручил. А ты сам в Ключ не собираешься?

– Зачем? – не понял Новиков.

– Ну, мало ли.

А Новиков-то похоже, ошибся. Антону нужна не информация, а попутчик.

– У тебя же есть машина, – прямо сказал Новиков.

– Отец на ней в Нижний уехал на несколько дней. Материалы закупает и родственников навещает. – Антон только молча смотрел на Новикова, сидя на полу.

– Слушай, мне как-то не с руки туда тащиться. Вызовов нет, так на кой? Только без обид, ладно?

– Да какие обиды. – Антон наконец встал на ноги и отряхнулся. – Я бы тебе хорошую скидку сделал. А тебе недурно с местными познакомиться.

– Недурно, – повторил Новиков, разглядывая коробку со сборной машинкой.

– Отец Павел тоже поедет. Если что. Ты у него на службе был?

– Мне своей службы хватает.

– Вот если бы ты как-нибудь зашёл и послушал, как он заздравные записки читает, – говорил Антон, зачем-то понизив голос, – то ты бы услышал, что там каждая вторая – о болящих младенцах. Понимаешь?

Новиков только кивнул, так и пялясь на коробку. Он прекрасно всё понимал. Падёж скота, видимо, закончен. Ракитин может вздохнуть спокойно и списать всё на непонятную эпидемию. Начинается вторая фаза – болящие дети. Младенцы, потом, наверное, кто постарше. И что дальше?

А ведь через пару месяцев сюда приедет Василиса.

Но при чём здесь Новиков? У него даже идей нет, что бы это могло быть. Хотя кого он обманывает. Вытекший в окно морга покойничек, найденный во дворе приснопамятного отца Павла. Вот с кем пора бы познакомиться поближе.

– Завтра утром поедем, – наконец произнёс Новиков. – И попу позвони, чтобы не опаздывал.

Утром Новиков позвонил Лисовскому и сказал, что отправляется знакомиться с жителями и администрациями участка, а потом заехал за отцом Павлом. Ждать священника не пришлось – он уже стоял у заборчика, держа в руках чемоданчик.