– Вечно тебе некогда, – пробурчала Катерина и отключилась.

– Жена? – спросил Антон, улыбаясь и указывая направление.

– Угу, – кивнул Новиков, поворачивая направо и съезжая на заросшую дорожку. – Вот как ей всё это объяснить?

Антон только пожал плечами и покачал головой.

Новиков глянул на телефон – связь ещё не пропала. Он быстро набрал номер Ракитина.

– Есть новости? – спокойно спросил Ракитин. Очевидно, у них ситуация более или менее наладилась. Ну ничего, если Новиков и компания в Покрышкино нечисть не остановят, и вам, товарищи городские, достанется.

– Надо срочно узнать, где находится могила того мажора, – произнёс Новиков, стараясь не выронить телефон из-за качки на тёмно-бугристой дороге.

– У него есть могила? – вяло спросил Ракитин. Видимо, он уже потерял интерес к этому делу.

– Должна быть. Прах-то забрали.

– А если нет? – Ракитин, судя по звуку, зевнул. – Может, он у них в вазочке на каминной полке стоит? Может, они его друзьям показывают – типа, а вот наш мальчик. Смотрите, какой компактный.

– Не смешно.

– Извини, – примирительно сказал Ракитин. – Просто всё это уже отдаёт какой-то чушью.

Новиков, хотя внутренне и согласился бы с растяпинским коллегой, всё-таки решил держаться до конца.

– Просто узнай, где могила. Если что, потом оформишь этого покойничка как неопознанного с естественными причинами.

– Ладно, попробую. – Ракитин снова зевнул, попрощался и завершил звонок.

Почти стемнело, и Новиков включил фары, которые выхватывали из ночи лишь заросшую дорогу да густой смешанный лес.

– Ты точно знаешь, куда ехать? – спросил Новиков, вглядываясь в мелькающие по сторонам кусты и деревья.

– У нас это место все знают, туда дети бегают заброшенные дома смотреть.

– Прямо все? – грустно спросил Новиков, гадая, как бы запретить Василисе выходить из дома без присмотра. А никак. Дети.

– Туда только одна дорога. – Антон тоже зевнул. – Багряницу проедем, и… А хотя нет. Там нельзя проехать. Пешком придётся топать.

Новиков в ответ только покряхтел. Всю жизнь он мечтал прогуляться по ночному лесу на старое кладбище. И порыться в какой-нибудь могиле. А хотя чего разнылся. В первый раз, что ли. Только пару месяцев назад примерно такую же прогулку совершал в окрестностях Добромыслова.

Дорога закончилась. Новиков остановил машину и уставился в темноту.

– А может, ну его? – спросил Новиков, таращась на подсвеченные фарами деревья, создающие графические узоры. – Просто уволимся и переедем.

– А Сёмка? – повернулся к нему Антон.

– Его в городе могут вылечить.

– Нет, не могут. Пошли. – И Антон вылез из машины.

Новиков вздохнул и тоже выбрался из авто. Оказалось, из-за качки спина затекла и теперь начинала поднывать. Покрутившись и поприседав, Новиков открыл багажник и вытащил две лопаты, канистру с бензином и мешок соли, который они захватили из магазина родителей Антона.

– Кол взял? – спросил Новиков, доставая фонарь.

– Да, но я это… – Антон блуждал взглядом по кругу и перетаптывался на месте.

– Ясно, – кивнул Новиков. – Трудно человека ударить, да? Даже если это упырь, который только выглядит как человек.

– Точно, – благодарно выдохнул Антон.

– Ладно. Может, и не пригодятся. Но ты всё равно держись рядом. И кол далеко не убирай. Мало ли что.

Подсвечивая дорогу фонарями, вдвоём Новиков и Антон двинулись в лес. Изо рта шёл пар, а под ногами хрустела подмёрзшая к вечеру распутица. Хотелось сидеть дома, смотреть сериал и пить чай с бутербродами. И чтобы Катерина хлопотала на кухне. А Василиса в соседней комнате делала домашку.

Смешанные деревья скоро остались позади, уступив место довольно густой берёзовой роще. Острые лучи выхватывали из темноты белые стволы и длинные гибкие ветви, свисающие почти до земли.

– Мы сюда за берёзовым соком ходим, – тихо произнёс Антон.

– Не боитесь? – спросил Новиков, делая заметку в уме, что берёзовый сок у местных лучше не брать, как бы его не нахваливали.

Антон в ответ только вяло усмехнулся.

Спустя примерно полчаса Антон замедлил шаг. Поводил лучом фонаря по деревьям и громко шмыгнул.

– Всё. Дальше – Ведьмина пустошь.

– Это ещё что? – спросил Новиков, которого стали понемногу раздражать незнакомые названия, о которых никто не удосуживался предупредить заранее.

– Там Багряница. И кладбище. И Яблоневая слобода.

– Это где Русаков живёт? – быстро спросил Новиков, наконец-то радуясь хоть какой-то знакомой информации.

– А, писатель. Вроде да. Дело не в этом. – Антон снова громко шмыгнул. – Туда опасно ходить. Всякое там творится. Люди пропадают, а иногда потом возвращаются. Только через время и другими. С ума сходят.