— Неужели правда — запал?

Константинов мысленно чертыхнулся. Не давала определенной категории лиц их благородной компании покоя его личная жизнь! Со своей бы, для начала, разобрались. А уж он и Вешник — вообще вопрос дня! Причем держится в этом статусе уже год!

— Меня на детей не тянет, Тёма.

— То есть, два часа ты у этой платиновой куклы телевизор смотрел?

О как! За ним еще и присматривают! Нет, не открытие, конечно. О тайной слежке догадывался. Боялись, как бы главный герой киношедевра вдруг не сорвался. Мало кто верил, что сумел остановиться, сделав выводы из всего случившегося. Да и бывшая (или — настоящая, черт её возьми) масла в огонь подливала. Вчера очередной опус в его адрес выдала. Желтая пресса с радостью подхватила и в мир понесла. Самое время — снова сорваться…

— А это кого-то, кроме меня, касается? — с легким прищуром поинтересовался Константинов.

Свою личную жизнь на показ не выставлял. Никогда. С Ларочкой, правда, не очень получалось. Но тут другое. По его правилам играть никак не желают. Ну, а если человек самого себя открыто на показ желает выставить — бессилен.

— Кто-то должен поставить выскочку на место…

Секунда… Вторая… Алексей, глубоко вдохнув, медленно выдохнул. Сашников сегодня, кажется, совсем страх потерял. Умел чнловек находить себе проблемы…Вновь глянув на «оживший» телефон, усмехнувшись, качнул головой, поинтересовавшись:

— У вас с Семеновой напрочь инстинкт самосохранения отсутствует? — отключая экран, и убирая телефон в задний карман брюк, продолжал, — Если эта куколка, даже не пожалуется, а просто обмолвится папаше об инциденте, тебя же закопают, не найдут. Ты это понимаешь?

Вообще — было совершенно без разницы, что будет с человеком, который жил по собственным принципам. И окружающих считающий, как минимум, на голову ниже себя. Не в физическом, в плане культурного развития. Просто искал наиболее действенный способ без лишних движений обезопасить их юное дарование от особого внимания недочеловека.

— У нас не лихие девяностые на дворе, — огрызнулся Сашников.

Не понимал, что ему пытаются сказать? Константинов постарался сохранить выдержку. Выходить на открытый конфликт не планировал. По крайней мере — в обозримом будущем. Без этой сладкой парочки проблем хватало, которые требовалось решить если и не в срочном порядке, так уж точно — первостепенном.

— Артём, я предупредил.

Достаточно резкая тональность для всех, кто хоть немного был лично знаком с Константиновым, вот именно сейчас послужила бы тормозом. Все дальнейшие провокационные замечания более благоразумно было отложить. До лучших времен. Однако у Сашникова сегодня, судя по всему, с инстинктом самосохранения случились серьезные проблемы.

— Лех, ну, сорвался, — обронил он вслед уже собравшемуся уходить позднему визитёру. — Девчонка глазки строит. Ну, не каменный же я.

Относительно того, кто и кому строит глазки — возникли вопросы. Кто-то что-то, определенно, путал в стремлении хоть как-то сейчас оправдаться. Алексей, уже взявшись за дверную ручку, обернулся. Наверно — слишком резко, учитывая, с какой скоростью отпрянул Сашников. Не просто — на безопасное расстояние отскочил — в другой конец комнаты!

— Ларочку пригласи, — совершенно спокойно прозвучал его голос.

Черт, не собирался же всех карт раскрывать! С другой стороны… Почему должен беспокоиться о человеке, которому на собственную репутацию плевать с высокой колокольни. К его предупреждениям не прислушиваются принципиально.

— То есть… — опешил Сашников.

А, как вариант — испугался. Если был в курсе их с Семёновой отношений… А — наверняка был. Лара и тайны — вещи практически несовместимые. Это как Лерочка и качественная игра. Еще для себя любимой, постараться может. А вот что касается остальных…

— Брось, Тём, — тон Константинова стал резко стальным. — Нормально всё. Вот за эту даму устраивать с тобой разборок не собираюсь. У неё с возрастом наклонности в определенном вопросе как раз к твоим приближаются. Меня её эти запросы уже утомлять начали, так что можешь забирать.

Сейчас противен был самому себе. Никогда ничего подобного никому не говорил. Расставался с дамами всегда красиво. И не важно, чьё там было решение. Все люди взрослые. И, самое главное, никогда не скрывал относительно будущего. Никому ничего не обещал. С парочкой — до сих пор нормально общался. Но вот в данном случае…

— Лёх, ты…

— Дарю её тебе, — непривычно резко перебил Сашникова. — Развлекайтесь. Да, — обернулся вновь в дверях, — Не переусердствуйте. Муж у нее, который может вопросы неудобные начать задавать. Это первый момент. И второй — про Вешник — забудьте.

Не нужна была ему эта очаровательная куколка с богатым папенькой. Вот от слова — «совсем». Но в свете произошедшего… Всю жизнь мечтал о дочери. Родились два пацана. И в очаровательной Лерочке видел… Ну, если не дочь, так по крайней мере уж точно не любовницу.