— Алексей Петрович, не надо.

— Надо, Лера. Обязательно надо, — возразил он со ставшей для него привычной за последний год жесткостью. — Таких людей необходимо ставить на место. Если, конечно, вы не намерены написать заявление в полицию на попытку изнасилования.

— Вот это точно нет, — решительно прозвучал её ответ.

Минута полной тишины. Пострадать она — не пострадал. Испугалась — да. Возможно сильно. Хотя бы за это человек, если последнее определение применимо к определенной личности, должен ответить.

— Чего испугались? — не удержался Константинов от вопроса.

— Очередного тотального контроля, — перехватив слегка недоумевающий взгляд своего неожиданного на сегодня гостя, пояснила, — Папа меня все ребенком считает. Опекает и охраняет. Всё хотел и здесь ко мне охрану приставить. Говорит, ему внуки нужны, а не труп единственной дочери. Узнает, что… — смолкнув, тихо закончила, — Проходу вообще не даст. А я не хочу всю жизнь в золотой клетке провести…

— Кто-то о такой мечтает, — проворчал Константинов, задумчиво наблюдая за тем, как очаровательное создание надкусывает конфету…

И снова мысли, от которых самое время — под холодный, желательно даже — ледяной, душ. Не переусердствовать бы. С душем. Здоровье не позволяет слишком увлекаться. Как-то мужская сила совсем не мешает. Вот только в голове с мыслями порядок навести надо… И всё отлично будет. По крайней мере, на то очень надеялся…

2

Самый запад России. Не особо церемонясь, Алексей, тесня от дверей друга, вошел в номер. Спокойно закрыв дверь, помедлив, обернулся.

Сашников замер в центре комнаты. Выдерживал расстояние. Правильно. Вот сейчас — пусть боится. Действия. Слова. Одного слова с его, Константинова, стороны было достаточно, чтобы карьера пошла вниз. Не пошла — полетела. И вряд ли Артем этого не понимал. Поэтому и дружеские отношения старался поддерживать. Одно имя Константинова давало ему определенные преференции. А уж статус друга…

— Один вопрос, Артём, — отходя от двери на пару шагов, спокойно заговорил нежданный поздний гость, — Совсем крышу снесло?

— Ты о какой крыше? — сделал тот вид, что не понял. А вопрос прозвучал с нервным напряжением, что скрыть не получилось. — Выпил, что ли?

Саркастическая усмешка на долю секунды задержалась на лице Константинова. Не смотря на некоторые недостатки, играл Сашников всё же не так уж и плохо. По крайней мере, если сравнивать с той же Лерочкой Вешник. И сейчас мастерски планировал выкрутиться. Да, не спорил, инцидент вышел не из приятных.

— Я пьяным не творил того, что ты вытворишь трезвым, — продолжая сохранять видимое спокойствие, припомнил Константинов, добавив, — Я о твоей крыше, Артём, — и голос прозвучал достаточно резко, заставив Сашникова даже вздрогнуть. — Шлюх мало, на нормальных молоденьких девчонок потянуло? За изнасилование, между прочим, уголовная статься предусмотрена. В курсе?

Было желание врезать. Что сдерживало? Слишком близкое знакомство с виновником инцидента. Душонка была низкопробная. Знал точно, уже к утру (это край), окажется в числе обвиняемых в покушении на что-то там… Не упустит Сашников возможности низвергнуть с пьедестала одного из главных для себя конкурентов. Да и ему сейчас, для полного комплекта, только уголовного дела и не хватает!

— Лех, ты об увиденном, что ли? — это ж какая выдержка должна быть! Поразительно, ему бы вот так научиться держать себя в руках. — Так она сама открыла дверь и войти пригласила.

А вот сейчас, едва в голос не расхохотался. Едко. Саркастически. Заявление так называемого друга «позабавило». Что-то вроде «она сама пришла…». Только финал у этой «самой» мог оказаться куда плачевнее, не проходи он случайно мимо…

— Сама, — кивнув, съязвил Константинов. — А наотмашь, по лицу, тоже себя сама?

За всю свою жизнь ни разу не ударил ни одну женщину. Даже жён. Хотя, вот вторую, вообще желание убить было, с самого начала конфликта. Не смог. Зато — самого себя чуть в гроб не вогнал слишком обильным возлиянием. Сколько выпил в то время — точно сказать не мог. Но, учитывая, что сын до сих пор в лице менялся, видя в его руке стопку или бокал — более, чем прилично…

— А кусаться — не надо, — обронил Сашников, поднимая рукав и показывая… укус.

Реакция в качестве улыбки оказалась более, чем неожиданной в том числе и для самого себя. Не оправдывая личность, стоявшую сейчас перед ним, в то же время готов был понять реакцию с ударом наотмашь. Тут не каждый сумеет сдержаться.

— Молодец, девочка, — признал он вслух. — Считай, что вы квиты.

— Константинов, ты издеваешься?

Удивления скрыть не получилось. Сашников еще и в наступление планирует пойти. Ну, это уже полная наглость. Сейчас бы сидеть и помалкивать. Лерочка оказалась не совсем папиной дочкой. Не побежала сразу с жалобами. А могла. Впрочем, была бы полностью права. Вот в данном случае, Константинов целиком и полностью находился на стороне Вешник.

— Совершенно нет, — заверил Алексей, глянув на «мигнувший» в руках экран телефона. — Так понимаю, не понравилось? — продолжал он, одновременно просматривая какое-то сообщение. На какое-то время задумавшись, признался, глянув на друга, — Артем, мне плевать, что ты там со шлюхами творишь, и со своими любовницами. Они позволяют — развлекайся. Только не увлекись однажды. Но еще раз узнаю, что нормальных, адекватных девчонок…