В комнате воцарилась мертвая тишина.

– Так как же нам избавиться от жуков?
– спросил наконец Уэйд, прерывая всеобщее молчание.
– Как с ними бороться? Побрызгать, отравить их? Что еще?…

– Послушайте, не знаю, есть ли в этом какой-то смысл, но если этим жукам… в общем, если им… нравится пожирать время, которое связано с электрической активностью, то, возможно, время без электричества окажется для них несъедобно, - предположил Хасли.

– Что-что?
– вскинулся Эрингер.
– Вы хотите сказать, что мы можем уморить их голодом? Хасли кивнул.

– Нечто в этом роде.
– Он снова пожал плечами и обвел взглядом остальных.

Эрингер встретил вопрошающий взгляд Лэнглона - тот все еще держал палец на кнопке селектора, за которым стоял ряд ждущих ответа высоких персон.

– Мысль неплохая, - подтвердил физик.
– Надо попытаться уморить их голодом. И как знать - может, это и сработает.

Но это не сработало.

Копински стоял вместе с Эрингером и Диной в зале главного пульта Кон-Эдисоновского центра распределения энергии в Вест-Сайде на Манхэттене. Здесь был мозговой центр системы, которая Управляла потоком энергии, текущим с тринадцати электростанций, находившихся в районе Нью-Йорка, и координировала их работу с еще шестью другими станциями, формируя энергетический пул штата Нью-Йорк. Центр следил также за распределением газа на этой Территории и контролировал отопление, которым обеспечивалось более двух тысяч потребителей.

На панели с рядами больших обзорных дисплеев была представлена общая картина снабжения электроэнергией графств Юнион и Эссекс, штат Нью-Джерси. Для эксперимента выбрали международный аэропорт и прилегающий к нему район; его изолировали, отключив всю энергию. Предполагалось, что после прекращения всякой электрической активности таинственные «времееды» вымрут или уберутся назад в свое потусторонее царство, где они обитали до этого. Но из сообщений ученых, которые промеряли территорию прецизионными кварцевыми часами и пользовались стандартами частоты, передаваемыми извне, стало ясно, что жуки в поисках новой пищи просто мигрировали в прилегающие районы. Попытка остановить чуму не только провалилась, но и способствовала ее скорейшему распространению.

– Да, а ведь шанс был, - вздохнул Эрингер. Физик чувствовал себя отвратительно, потому что на другом конце города в это утро рухнуло здание Сайкомпа. Несколько домов развалилось и на Уолл-стрит, а из всех мостов действовали только Триборо и мост Джорджа Вашингтона, но и их пришлось перевести на одностороннее движение.

Хасли повернулся от стола с разложенной на нем большой картой, над которой трудилась группа ученых и инженеров из городских служб. Они наносили на нее информацию, поступающую с измерительных станций на другом берегу реки. Координация с внешним миром сама по себе была нелегким делом, поскольку замедление времени в электронных системах Кон-Эдисоновского центра исчислялось уже приблизительно шестьюдесятью процентами. Это значило, что во внешнем мире все события происходят в полтора раза быстрее и в Центре постоянно приходилось переводить часы, чтобы идти в ногу.

– Они уже везде, - заявил Хасли.
– Было остановлено несколько грузовиков с жуками в радиотелефонах. В других местах они набросились на персональные компьютеры и телевизоры, даже портативные радиоприемники. Еще немного - и это перейдет в национальную эпидемию. «Гонцы» от нас полетят по всей стране.

Директор, ответственный за проведение операции, следил за развитием событий со своего поста в середине центрального пульта.

– Прекратите эксперимент, - приказал он.
– Получается, что м не морим этих чертовых жуков, а только заставляем их разбегаться. Если так пойдет дальше, то завтра они окажутся в Калифорнии.

– А что будем делать с опытным сектором?
– спросил его од» из помощников, имея в виду аэропорт и его округу.

– Включайте все снова. Я дам этим негодяям пожевать. Так мы хоть будем знать, где они, пока кто-нибудь не предложит чего-то получше.

Дина с надеждой посмотрела на Копински.

– У вас есть какие-нибудь мысли?
– спросила она.

– Идите поищите киоск с хот-догами, - проворчал Копински.
– Все эти разговоры о голодающих жуках нагоняют на меня аппетит.

предложил отец

– Не желаете ли капельку «Росы Таламора»?
– предложил отец Мойнихэн.

Сидя в кресле в кабинете священника, Копински смотрел, как тот ловко и аккуратно наполняет два стаканчика золотистой жидкостью. Потом священник указал на графин.
– Воду добавьте по вкусу. Я наливаю самую малость.

Копински решил не разбавлять. Виски было отменным, гораздо более мягкого вкуса, чем ожидал Копински. В отличие от шотландского, оно не обжигало горло.

– Я, э-э, надеюсь, все в порядке?
– Отец Мойнихэн поднял свой стаканчик и взглянул на Копински.
– Я хочу спросить, не уволили ли вас с работы?

Копински вздохнул и пожал плечами.

– Какая разница? Скоро в этом городе уже никому не придется беспокоиться о работе.
– Он сделал большой глоток.
– А как у вас? Священник улыбнулся.

– Ну, мы-то продолжаем трудиться, как и раньше. Поэтому нам приходится, так сказать, вести себя лояльно по отношению к происходящему. Однако, мне кажется, вы рассказали не все новости. Эксперимент, который задумали, не получился?