Снова вой, теперь уже дуэтом. Сет-Дар поежился. Ночь, казавшаяся такой очаровательной, повернулась к нему своей другой, пугающей стороной. Возможно, он и решился бы идти обратно в деревню, если бы только волки, но незнакомец у подножия напугал его еще сильнее.

Сет-Дар вернулся в храм, мысленно прося защиты у Огненного Умы. Тут же с горечью подумал: вот расплата за высокомерие. Изначально он пришел не молиться, а поглазеть на диковинку. Сет-Дар отступил в тень, к стене, откуда был виден вход. Волки в храм вряд ли сунутся, а вот человек… Если он появится, надо затаиться, подождать, пока он войдет, проскользнуть за спиной и бежать в деревню, полагаясь на резвость ног.

Потянулись тягостные минуты ожидания. Волчий вой звучал еще несколько раз, но здесь, за стенами храма, он не пугал. Другое дело незнакомец. Сет-Дар с замиранием сердца ждал, что на пороге появится зловещая фигура. Он был уверен, что тот придет.

Никто не пришел, и это укрепило механика в мысли, что он поступил правильно, оставшись в убежище. В конце концов, если человек захотел ночью заглянуть в храм, в этом нет ничего странного. Вот Сет-Дар тоже пришел сюда. Но раз человек скрывается, значит, замышляет недоброе.

Устав стоять, Сет-Дар присел на пол, возле стены, подложив под себя молельную подушку. В такой позе он провел остаток ночи. Когда небо над горами посветлело, механик был измотан до предела. Еще немного и первые лучи ока Шакры пробьются в долину. Кажется, на сей раз повезло. Сет-Дар вымучено улыбнулся. Надо для верности еще немного подождать, а затем вернуться в гостиницу. Сет-Дар зевнул и прикрыл глаза. Да, он так и поступит, только еще посидит минутку, наберется сил…

— Эй! Ты живой?

Кто-то тряс его за плечо. Механик с трудом разлепил веки. Перед ним на корточках сидела черноволосая девушка. Он резко вскочил, и та отпрянула.

— Ты что, ночевал здесь?

Сет-Дар узнал Тиану. Через открытую дверь в храм лились потоки света ока Шакры. Он проспал до позднего утра.

— Я зашел посмотреть… задумался и вот… — растерянно пробормотал Сет-Дар.

— Всю ночь здесь провел? — допытывалась девушка.

— Почему всю ночь, — парень замялся, но потом все же признался. — Я среди ночи захотел проветриться. В храме огонек светился.

Он кивнул на фонарики возле алтаря, но те уже погасли: под утро все масло выгорело.

— Я пришел, а затем волчий вой. Ты слышала ночью?

— Нет, спала как убитая, — Тиана покачала головой. — Эта погоня меня едва не доконала, думала, всю душу вытрясет.

Сет-Дар обратил внимание, что выглядит девушка и вправду отдохнувшей. От нее шел едва уловимый аромат душистого мыла. В этот раз она сменила свой темный дорожный костюм на светло-коричневый, дорогой с виду, но потертый. Впрочем, Тиане к лицу была любая одежда. Механик подумал, что у него вид куда менее привлекательный.

— Вой жуткий стоял. Староста не зря предупреждал о волках. Они прямо возле храма крутились, целая стая, — соврал Сет-Дар, решив не говорить про незнакомца. — Я ждал, пока они уйдут. Без оружия соваться не хотелось. Глупо, да?

— Нет, все правильно. Глупо на хищников с голыми руками лезть. Ты и так смело поступил: пришел сюда ночью. Я бы струсила даже с оружием.

Сет-Дар полагал, что поступил безрассудно, но слова Тианы ему польстили.

— Ты почитаешь Уму? — спросила девушка.

— Не особо. Просто интересно стало. Этот храм очень древний, лет триста, не меньше, — Сет-Дар обрадовался, что может блеснуть знаниями, и пересказал Тиане все, что прочел в книге про долину.

При свете дня храм выглядел очень старым: лак и краска с колонн во многих местах сошли, оружие в руках у духов стихий заржавело, а от плиты алтаря был отколот угол. На самом алтаре была едва заметна надпись. Сет-Дар провел рукой, очищая камень от пыли.

— Что это за язык? — спросила Тиана.

— Эсхатонский.

— Ты его знаешь? — удивилась девушка.

— Немного. В школе Гильдии паровиков такого предмета нет, но мой мастер-наставник его знал. Он говорил, что в эсхатонских рукописях порою встречаются ценные знания, полезные для любого механика, поэтому я брал у него уроки в свободное время, — Сет-Дар сосредоточился на надписи. — «Милосердный Ума на страже спокойствия стоит… Он смотрит на людей, но видит миры вокруг… Он защитит от злых духов горы…» Дальше непонятно: что-то про тьму и тайну.