— Ты кто? — прокряхтела, глядя на Ятима.

Ятим ухмыльнулся:

— Готово.

— Тея, ты не говорила, что у тебя есть детеныш.

— Востр… Плевок Алта, как же ты херово выглядишь. Ты уже сдох? И получается, я тоже сдохла? Дерьмо.

— Живая-живая. Виновата разлука с тобой, малышка. Тяжело далась, пострадал от грусти.

— На ножах с этой грустью бился?

Он кивнул.

— И проиграл.

Советница поморщилась.

— Её Теей зовут? — спросил я.

Востр кивнул.

— И ты дхал, — Тея тяжело дышала. — Это что твоя месть за те грубости? Как мелочно… только не трогай ребёнка.

Я молчал.

— Слышишь, не смей…

— Тебе страшно?

— Да.

Кивнул. Это правильно.

— Мы вас подобрали по пути. Пацан, — кивнул на Клео. — Выглядел ценным. Ты выглядела как кусок кровавого говённого мяса, но ты вроде как к пацану прилагалась.

— Что с промысловиком? — спросила она, поднимаясь.

— Кончился твой промысловик. Еще чуток, заражение дойдёт до ферм — и тогда всё. Схавают Изот, не глотая, ты понимаешь, да, — насмешливо сказал Востр.

— А вы что?

— Что?

— Спасаться думаете или биться?

— Спасаться. А ты?

— Тоже.

— Предложения какие-нибудь есть?

— Нет.

— Ну что-ж, плохо быть тобой.

— Кстати, — сказал Йорг. — А у нас есть какой-то план?

— Спуститься вниз, до Девятого Круга. Пройти через руины, выйти с другой стороны, — улыбнулся.

— Плёвое дело, — съязвил Востр.

— Да. Путь непростой.

— Нереально, — пробурчал Йорг.

— Другого выхода нет.

— Самоубийство, — сказала Советница.

— Я не спрашивал мнений. Повторю — вариантов нет. Либо мы подыхаем здесь, либо пытаемся бежать наверх — и оказываемся разорваны куклами. Путь вниз сейчас, единственный путь не захваченный Идолом.

— Там и без кукловода дерьма хватает.

— Мы не на промысел пойдём, — покачал головой. — Необязательно стрелять во все, что увидим и привлекать внимание. Скрытность — есть такое понятие. Слышали?

— Как-то ты странно с Идолом воюешь, дхал, — посмеялась советница. — Говорили у вашего брата как аллергия на него. А на деле при первой же стычке — убегаешь.

— Ты хочешь меня застыдить, Советница? — я навис над ней, моды сковали лицо; Клио беспокойно пошевелился. — Это не мой народ сейчас режут и заражают снаружи. Если ты такая правильная, с принципами: выйди и сдохни. Ты же местный чатур. Все безобразие вокруг — твоя ответственность.

Я вытащил нож из футляра на рукаве. Советница вздрогнула. Клио напрягся, хотел было сделать глупость Кряж перехватил его запястье; покачал головой.

Я вложил оружие Тее в ладонь:

— Выйди. Мы выпустим, и пусть твой сын смотрит и примет в себя семя злобы. Его не выпустим. Он как раз оракул и от него будет польза. А если ты решишь идти с нами, пытаясь обуздать Удачу, пытаясь сохранить свою жизнь и жизнь Клио, то тогда заткнись. Я бесконечно устал изображать то, что меня волнуют человеческие жизни, человеческие мнения и уникальные взгляды на разные ситуации.

Йорг кашлянул, нарушая звенящую тишину, и спросил:

— Потом мы куда?

— Потом в Банар, — ответил ему. — Желательно добраться до станции поезда.

***

Мы вышли и двинулись по аллее к лифтовой площадке.

Тут же наткнулись на Палача. Торопились, но группа действовала слаженно. Считай, по выстрелу от каждого, потом волевое лезвие от Кряжа и на этом всё: Палач свалился, рыжий шар в его грудине лопнул, с конечностей куски мяса размером с кулак посрывало, а волевой конструкт перерезал голову по середине.

Следующее препятствие — десятка кукол. Плотный револьверный огонь на ходу — переубедил их. Мертвыми остановить они нас не могли.

Все молчали — так напряжены были.

Еще минуту и оказались у лифтовой площади.

Возле клеток и тяжёлых горбов механизмов Идол как раз додавливал два пехотных отделения. Поспешили помочь, ударили куклам и атакующему Палачу с двумя клинками в спины, быстро их перестреляли.

— Вы как нормально? — спросил у сержанта пехотинцев.

Тот кивнул.

— Тан, — предупредил Востр.

Я повернулся.

У ближайшей угловой постройки замерла высокая фигура.

— Эпигон, — предупредил шепотом Йорг.

Кукла, разодетая в плотную чёрную куртку. Правая часть лысого черепа вытянулась, заострилась, превратившись в своеобразную корону.

Такое уже видел.

— Назад, — сказал и навел Центурион на тело Идола.

Дважды выстрелил.

Первая пуля отскочила от полупрозрачного щитка, вторая замерла перед головой.