– Позвольте, Ваша Светлость, – я поднял руку. – Значит ли это, что кто-то наладил с менталами контакт?

– Именно так я и полагаю, виконт Грозин, после того, что мне рассказала Ольга.

– И какие же они преследуют цели? Захват города? Убийство Императора?

Зазвонил телефон. Демидов взглянул на экран и нетерпеливо нажал кнопку селектора.

– Да?

– Ваша Светлость, срочное сообщение от начальника южного железнодорожного вокзала. Поезд номер один прибудет на первый перрон через два часа.

– Спасибо, Игорь.

Демидов щёлкнул по кнопке выключателя и развернулся к собравшимся в кабинете людям.

– Вот он, самый ответственный момент, господа! Оглянитесь и запомните тех, кто стоит рядом с вами! Возможно, в следующий раз мы встретимся уже другим составом.

Сегодня я наконец-то разобрался, как выстроена структура клана Защитников.

Город и пригороды были разделены на три части – доминионы, решения в которых, кроме самого князя, принимались в Центре обработки информации о новообразованных Разломах, или сокращённо, как его называли сами клановцы, ЦОИ.

Сами Центры действовали автономно, в независимости, что творилось в соседних доминионах, и только приказ Демидова мог объединить их в единое целое.

Доминионы же дробились на кластеры.

Интересным для меня открытием стало то, что Защитники не всегда занимались исключительно зачистками и инспектированием разломов.

Иногда они обеспечивали законность, и пресекали, совместно с жандармерией, правонарушения и массовые беспорядки, из-за чего некоторые Рода и кланы имели на них зуб. Кому понравится, когда в твои тёмные дела суют нос?

С новым указом Императора разногласия усилились, и все три доминиона были объединены в один большой Штаб решений.

Сейчас весь Петербург был гигантским режимным объектом, где последнее право слова оставалось за Защитниками. Даже городничий, князь Барятинский, сложил свои полномочия до особого распоряжения.

После собрания база практически опустела. Все группы расползлись по городу, как чума в средневековье, и приступили к патрулированию.

Ведьмы, в том числе и сама Ольга, вместе с Наговицыным, Темниковым и близнецами уехали на привокзальную площадь. В той части города уже перекрыли несколько улиц и ввели пропускной режим. Ни одна крыса не должна просочиться к Первому перрону.

Я же решил наведаться в «Аструм». Страсть как хотелось поскорей заняться кадровыми перестановками. Тем более, в памяти ещё свежи воспоминания, как со мной обошёлся Совет, и я чувствовал зуд от необходимости сделать первый взмах метлой.

Согласитесь, раздавать подсрачники тем, кто совсем недавно пытался выставить тебя за порог собственной корпорации, неописуемое удовольствие.

Но не все удостоятся этой чести. Нет. Нельзя одномоментно лишать гидру всех голов. Несколько должно остаться.

И что это будут за головы, я уже знал. Моя цель – разнести осиное гнездо и оставить только тех, кто пройдёт проверку на вшивость, и Шуйская мне в этом поможет.

Она же и возглавит всю эту шайку. Отчасти по моей просьбе, отчасти потому, что это была просто её стихия. Уж кто-кто, а Шуйская знает, как управлять денежными потоками, чтобы те становились толще.

Как она будет совмещать это с учёбой в Академии, не совсем ясно, но больше доверенных кандидатур у меня не было.

В любом случае, управляющий делами мне необходим, потому что сейчас корпорация работала на подсосе и все значимые сделки уже долгое время стояли на стопе.

Перед поворотом к парковке «Аструма» наш внедорожник едва не въехал в стоящий на дороге прицеп какой-то продуктовой сети. Настя в последний момент крутанула руль и успела разойтись со встречной машиной.

– Вот придурки, а! Кто надоумил их бросать свои прицепы где попало?

– Шольцы.

– Это Род такой?

– Да. Торговая гильдия. Все сетевые магазины в городе принадлежат им. Они, между прочим, проводят деньги через «Аструм». Так что это твои клиенты.

Я пожал плечами. Эти постоянные клиенты чуть не убили меня своей безалаберностью. Обязательно поговорю с их главой.

На парковке нас встретил уже знакомый мне начальник охраны. Здоровяк в стильном костюме и с бэйджиком.

В этот раз он не скрывал своих эмоций, выкатив напоказ белоснежные зубы, демонстрируя, при этом, излишнюю обходительность.

Увидев вместе со мной Шуйскую, он округлил глаза, но вовремя спохватился и услужливо открыл перед нами дверь.

– Очень рад, что вы отстояли свою честь и честь вашего отца, виконт Грозин. Весь город только об этом и судачит.

– Благодарю вас, но сейчас у меня очень мало времени, – я коротко кивнул в знак признательности и быстром шагом направился к лифтам. Шуйская шла рядом.