— Адамина, это ты спасла меня от сумасшествия, — в свой голос я вложил всю доступную мне искренность. — В этом холодном безрадостном краю ты сияешь вместо солнца, и согреваешь, как огонь.

Ее лицо просияло, она теснее прижалась ко мне.

— Я и мечтать не мог, что судьба вознаградит меня тобой, хотя, если ты уедешь, жизнь станет куда более горькой, чем была до тебя.

— Ярогнев, — с неподдельной нежностью отозвалась девушка, — можешь не бояться, пока мы не собираемся уезжать. Конечно, когда прикажут — я буду вынуждена подчиниться, но пока у нас с тобой полно времени!

Такое милое признание должно было быть вознаграждено поцелуем, но это не помешало мне сделать пару мысленных пометок. Итак, обосновались они здесь надолго, и искомое пока не найдено, ведь тогда главе экспедиции пришлось бы усилить охрану, и мне не удалось бы добраться до Адамины. Они еще ищут, и не свернут лагерь, пока не найдут. Но что им так нужно?

— Моя девочка, я просто тебя не отпущу.

Она раскраснелась, и явно смутилась.

— Я и сама не хотела бы расставаться с тобой, но у меня есть долг. Как я могу остаться?

— Тебе не придется нарушать договор: я просто тебя похищу.

Драконица весело рассмеялась.

— Ты настоящий северянин! Дикий и отчаянный!

— Все из-за тебя, я буквально лишился рассудка!

Тяжело изображать чувства, которых не испытываешь, я и попытался представить на ее месте другую. Мысленно заменил ее каштановые волосы на светлые локоны, голубые глаза — на серые, широкий рот — на миниатюрный с пухлыми губками, прямой нос на изящный, едва-едва вздернутый. Представил скулы такими же высокими, но менее выпирающими, и, конечно же, дополнил портрет лебединой шеей, которая так сильно меня манила.

— Почему ты так странно на меня смотришь? — игриво спросила девушка.

— Придумываю план, как задержать вас тут подольше. Не знаю, как у вас, археологов, настроена работа, но могу подкинуть несколько любопытных мест для раскопок. Чем дольше тут пробудет ваша экспедиция — тем больше у нас с тобой будет времени.

На ее лице отразилось замешательство и жгучий интерес, который она тут же скрыла под снисходительной усмешкой.

— Это очень мило с твоей стороны, но вряд ли ты сможешь предложить нам что-нибудь подходящее.

— Ну, моя дорогая, это зависит от того, что вы ищите, — вложил в голос всю доступную мне честность и непосредственность. — Север богат находками такого уровня, что и самому кролу не стыдно принести в дар! Например, у нас было много стоянок древних периодов, оставивших утварь, предметы быта, оружие, сбрую на двурогих лошадей, орудия возделывания земли.

— Все это интересно, без сомнений, но вряд ли крола удивишь палками-копалками и расколотыми кувшинами.

— Какая вы капризная, сударыня! — воскликнул я после поцелуя, и тут же мысленно вычеркнул кое-какие выводы из списка.

— Меня сложно удивить!

— Ладно, раз не хотите баловать правителя глиняным мусором раннего железного века — ваше дело! Тогда могу предложить Кольский могильник. Там должно быть много ценных украшений, так как хоронили там только богатых людей.

— А поинтересней что-нибудь имеется?

— Видела адуйские древности?

— Видела.

— Так вот, у нас тоже было несколько раскопок, и мы обнаружили весьма ценные экземпляры. Птицевидные и человекообразные идолы — такие жуткие! Трудно представить, что раньше им поклонялись.

— В какие только божества не верили темные необразованные люди! А идолы — это вообще маркер примитивности.

— Маркер, — передразнил ее, делая вид, что не знаком с новомодными словечками.

— Ну признак, если тебе так понятнее.

— Что мне понятно — так это то, что тебе не угодишь. А я ведь стараюсь!

— Плохо стараешься.

— Ах так?! Ну чем еще тебя заинтриговать, костями что ли? Хотя их тоже кролу на бархатной подушечке не преподнесешь!

Я рассмеялся собственной шутке, и сделал вид, что не заметил, как в ее глазах загорелся неподдельный интерес.

«Вот оно, кости! Им нужны останки!»

— У вас тут что, много захоронений? — она водила пальцем по моей груди, стараясь справиться с волнением. — Раньше вы не хвалились подобным.

— Но это не значит, что их не было. Я сам видел несколько курганов, их только начали изучать, и быстро забросили из-за сильных штормов. Когда дело доходит до защиты от моря — приходится бросать все занятия, и идти держать стихию.

— А после вы не возвращались к захоронениям?

— Недосуг было. Да и зачем? Пусть себе лежат эти древние кости! Хотя мне они странными показались.