Глубокие порезы на ее коже болели от морской соли. Мера сдержала крик и слезы и прижала руку к ране, пытаясь остановить кровотечение, но ее руки недостаточно, чтобы прикрыть порезы.

Она была всего лишь ребенком, который даже не достиг совершеннолетия. И все же она уже научилась маскировать боль.

Да, Мера молода, но чувствовала себя старой и слабой.

Королева подняла подбородок и махнула рукой, отправляя последнюю партию солдат в запретную зону. — Иногда удивляюсь, на самом ли деле я родила тебя.

Мера ненавидела, когда слова матери причиняли ей боль, и не хотела стать похожей на свою мать, и если это означало, что она слаба и жалка, то совсем не против.

Однако отказ матери все еще причинял боль.

— Сухопутные изгнали нас столетия назад, — настаивала Мера, надеясь, что здравый смысл победит кровожадность ее матери. — Мы здесь счастливы, и Атлантида процветает под твоим правлением. Зачем тратить жизни, пытаясь покорить поверхность?

Королева сразу повернулась к ней, и Мера отпрянула, ее сердце бешено колотилось в груди. Кровь из ее ран потекла быстрее.

— Потому что все это принадлежит нам! — Она продолжала плыть, наступая на Меру. — Вода и суша — это дар Посейдона нам, а не им! Поверхность принадлежит нам, и мы должны вернуть ее! — Безумие затопило зеленые глаза-бусинки ее матери, такие же глаза унаследовала Мера. Королева ударила ее по левой щеке с такой силой, что у Меры заныли кости. — Не задавай мне больше вопросов, или, клянусь тебе, это будет последнее в твоей жизни.

— Но…

— Уходи. — Она махнула рукой, отпуская ее. — Уходи, пока я не прикончила тебя.

И Мера бы это сделала. Она действительно бы это сделала.

Она потеряла счет избиениям до потери сознания, и только один атлантиец проявил милосердие.

Профессор Керрентер.

— Ты не должна выступать против своей матери, принцесса, — сказал он позже в тот же день, втирая смесь из грязи и водорослей в ее раны. — Она хочет войны, и она ее получит.

— Она убивает нас. — Мера поморщилась, когда смесь обожгла порезы.

Голубые струйки света стекали с рук профессора на ее синяки, заглушая боль. — Солдаты добровольно вызвались выполнить это задание. — Он закончил лечить ее и обернул полоску водорослей вокруг груди Меры. — Вот так. Отдохни полдня и будешь как новенькая, малышка.

Мера покачала головой, выглянув в круглое окно пещеры профессора Керентера. — Что произойдет, когда у нее закончатся солдаты?

— Твоя мать умная. — Он положил тяжелую руку ей на плечо. — Реальный вопрос в том, что произойдет, когда у нее закончатся расходные солдаты?

— Я молюсь Посейдону, чтобы этот день никогда не настал.

Профессор Керентер печально улыбнулся. — Во всех семи морях недостаточно молитв, чтобы утолить жажду крови королевы, моя дорогая принцесса.

*** Атриум был закончен в рекордно короткие сроки.

Скамьи из известняка стояли друг на друге, образуя полукруг, обращенный к океану впереди. Невидимый вход в запретную зону.

Скамьи были забиты сиренами, которые наблюдали либо со страхом, либо с предвкушением. Мера не могла сказать, сколько из них поддерживали действия ее матери, а сколько не одобряли, но к ее ужасу очень многие считали массовые убийства необходимым злом для прогресса.

Больше всего Мера презирала тех атлантов, которые восхищались королевой и прогрессом, который она принесла морю, но игнорировали цену.

Королева Ариэлла поднялась со своего места, плавая перед аудиторией. Внизу солдаты окружили толпу сирен плотным кольцом.

— Сирены Атлантиды, — голос королевы эхом разносился по всему атриуму, усиленный маленьким устройством, прикрепленным к уголку ее рта. — Мы собрались здесь сегодня, чтобы почтить жертву наших братьев и сестер!

Солдаты подтолкнули толпу в круге вперед, к запретной зоне. Водоворот последовал за ними, проносясь над головами узников и не давая им сбежать.

Магия воды была базовым навыком для каждой сирены, но способности солдат явно перевешивали способности гражданских, которые вот-вот встретят свой конец.

В группе были обычные рыбаки и строители, учителя и ткачихи, не имевшие боевого опыта.

Королева Ариэлла подняла серебряный трезубец, и все замолчали. Даже обреченные прекратили сопротивляться.

— Пусть Посейдон найдет вас в день Рагнарека, братья и сестры. Пусть он призовет вас на свою сторону за вашу храбрость! — Она опустила трезубец.

Мать Белинды Тайдеридер возглавляла толпу узников. Мера знала ее, потому что часто обедала в доме своей подруги и ночевала там, пока они готовились к тестам.