– Где твой браслет, сын? – опешила мать, оглядывая мои руки и с удивлением в итоге глядя на кольцо на моей руке.

– Какой ещё браслет? – рычу на нее, вырываясь и сношу ногой одну из дверей – пусто. – В жизни никаких браслетов не носил, зачем мне эти глупые эльфийские штуки?

Схватился за ручку двери, но мать накрыла мою руку своей, заставив остановиться.

– Эту комнату я отдала девушке с эльфийским свадебным браслетом на руке, – сообщила она холодно, и только после этого отпустила мою руку.

Закрываю глаза, чтобы подумать и отпускаю ручку двери.

– Нальнар! – зарычал сквозь зубы, а затем открыл глаза, загораясь родовым огнем.Сношу дверь огнем, врываюсь в комнату, чтобы потом замереть, как болван.

– Ее там нет, – немного цинично улыбается матушка. – Я все пыталась тебе об этом сказать, но ты, как обычно, не слушаешь мать.

– Сбежала? – смотрю на нее зло. – Я же приказал тебе!

– Попросил, – холодно поправила она меня, – и я выполнила твою просьбу.

– Ну, так где она?! – срываюсь на нее.

К нам как раз подбежал скелет с вешалкой и моей старой одеждой.

– Оденешься – отвечу, – снисходительно скомандовала мать, а затем развернулась и пошла.

– Мама! – рычу ей в след, остывая.

– О, ты вспомнил, что я твоя мать – как мило с твоей стороны впервые за двенадцать лет!

На ходу запрыгиваю в брюки, и отбираю рубашку у скелета. Мать спускается по лестнице, так что мчусь за ней следом.

– Давай ближе к делу! – останавливаю ее внизу, нервно оглядываясь. – Где моя великанша?

Она моргнула несколько раз и, впервые за долгие годы, на ее лице появилось недоумение.

– Кто? – спросила она с недоумением.

– Клара где?! – поднимаю на нее голос, замечая, что удивление матушки не проходит.

– Там, – слабо и по инерции отвечает матушка, показывая на запертую дверь в кухню.

Ну наконец-то добился от нее ответа! Сразу же бегу туда, когда слышу от матушки удивленный вопрос:

– Зачем тебе она?

Дверь толкнул ногой, зашел туда и застыл. В кухне полумрак, светит только одна одинокая свеча на столе, возле которой на нем же сидит великанша. Рядом на стуле сидит Серафима с присоседившимся котом, и они все вместе жуют деревенский творог и сыр, запивая все это дорогим эльфийским вином и молоком. Вот этого я даже представить себе не мог, у меня даже внезапно язык онемел.

– Игнаришнар! – зато у моей матери он всегда работает исправно. – Что это означает? Зачем тебе это гнусное создание?

Она попыталась преградить мне путь к девушкам, но только уведомила их о моем присутствии. Великанша выронила кружку, та упала на пол, и белое молоко разлилось по нему. Она дернулась было в сторону, чтобы слезть, но с другой стороны стола сдвинула огромный мешок, который со звоном упал на землю и развязался. Семейные драгоценности рода Трутов частично высыпались в молоко наряду с золотыми пуговицами и серебряными ложками.

– Воровка! – крикнула возмущенно матушка, тем самым поднимая нашу семейную сигнализацию – скелетов.

– Отмена, – крикнул сразу и махнул рукой, усыпляя скелеты на заднем дворе и в подвале.

Обошел удивленную мать и подошел к великанше. Она больше не двигалась, даже не дышала, смотря на меня как котёнок на удава, или как жертва на некроманта. Надо же, теперь она решила поиграть со мной в страх?

– Игнаришнарчик? – пискнула испуганно Серафима, отодвигаясь от меня подальше вместе с котом.

Мельком взглянул на нее, а точнее на вульгарное платье и браслет на ее запястье. Затем посмотрел на руки великанши без украшений. Странно, у нее даже палец не до конца зажил. Да и вообще выглядит она ужасно. Кожа бледная, если не серая, черные круги под глазами. Волосы кое-как приглажены, одежда висит на ней. Можно обрадоваться, ей было хреново без меня. Жаль, что глядя на нее, я чувствую злорадство только долю секунды, затем его сменяет злость и беспокойство.

– Игнат, – произносит еле слышно моя великанша с перепуганным видом, что тот же крик из уст матери заглушает его.

– Что здесь происходит, сын? – негодует матушка.

– Мама, – обращаюсь к ней холодно, при этом смотря на великаншу, – познакомься, это Клара – моя невеста.

Пока не произошёл взрыв или побоище, хватаю великаншу под колени, забрасываю себе на плечо и уношу с кухни.

Клара

Я хотела сбежать при первой же возможности, но кое-что останавливало меня. В первую очередь мать некроманта, было в ней что-то неестественное. Не могу даже точно описать что именно, просто чувствую, что с ней что-то не так помимо ужасного характера. Она была права, сыночек весь пошел в нее, такой же высокомерный и эгоистичный лицемер. Как же часто смотря на ее лицо, возникает желание разнести его, точно так же, как я делала это с личиком ее сына. Сдерживать себя сложно, она будто специально выводит меня из себя. Какая жуткая женщина, раньше, таких как она, только аура моя могла успокоить. Сейчас же у меня нет ни ауры, ни силы, ни желания привлекать к себе лишнее внимание. Перевожу взгляд на балласт, чувствую, как внутри все кипит от гнева. Она не его невеста – мы обе знаем. От того, что матушка некроманта уверена в обратном, сдают нервы. Конечно, конечно, ее сыночка-лапочки-некроманта достойна лишь дочь древнего богатого рода! Куда там мне, безродной с непонятной родословной и не дотягивающей до балласта внешне. Как же она… БЕСИТ! БЕСИТ, БЕСИТ, БЕСИТ!!!