Прямых доказательств на участие Орма Первого в посягательствах на свободу, а возможно и жизнь Мирослава, не было, но ведь мне этого и не требовалось. Пока отец занимался официальной стороной вопроса и претензиями к роду Мусатини, я ожидала действий короля. И я не прогадала, мужчины вообще импульсивны в своих желаниях, как бы хорош не был Орм в интригах, когда у него горит между ног, долго он держаться не может. А у него определённо горело, потому что он начал активно выказывать мне знаки внимания, как только я получила весть об уходе посольства из Ясси. Не я одна, видимо, активно слежу за этой кампанией.

Стараниями Его Величества я практически переехала в малых охотничий королевский дворец. Интересное место для несения дежурства, подальше от супруги, как думал наивный охваченный страстью монарх. Это ему мало помогло, хотя я поддерживала интерес к себе, не отказывала напрямую, принимала благосклонность. Когда в ухаживаниях дошло до желания побывать наедине, я начала свою активную игру. Мне очень запомнилось лицо Орма, когда я спросила его, не желает ли мужчина, который стремиться избавиться от жениха беременной девушки, сам стать мужем несчастной. После этого короля не видела два дня, а вернулся он с повинной. Серьёзный ход, он принёс нашей семье значительные торговые привилегии и прямую военную поддержку.

Вот тут уже начинался опасный момент, когда можно было взять больше, чем было сообразно совести монарха и зайди в ту область, где уже с тебя могут спросить за оказанную щедрость.

На выручку пришёл в этот момент Игнатий, старый знакомый, во всех смыслах. Мужчина был моим прямым руководителем, а потому имел такую же возможность проверять качество несения мною службы, ну и выказывать внимание, конечно. Несмотря на преклонный возраст, под сорок лет старику, головой он отличался горячей, считал возможным конкурировать с королём за моё внимание. Ах, как это было кстати.

Должна признать, мне нравилось такое внимание. Всё таки это не блестящие глаза и открытые рты ещё неоперившихся юнцов младшего офицерского состава, да и средний состав не впечатлял. Его Высочество и Магистр обладают неоспоримыми личными достоинствами и сильным Даром. И это было хотя бы не скучно, отвлекало от мыслей о моём любимом.

Долго играть с обоими было нельзя, я рассчитывала обратиться в нужный момент к Её Высочеству, у нас был уговор в плане, что я могу водить её мужа за нос сколько захочу, пока не станет прямой вопрос о близости, тогда нужно было прятаться за прелестную монаршую спинку. Не пригодилось, слава Богу, или Богам, как привык говорить мой языческий… в этом плане точно не муж, пускай будет мужчина. Ох, как же давно я была со своим мужчиной, надо собраться.

В середине второго месяца всякие игры, интриги и прочие планы ушли на второй план. Подарок любимого потребовал, чтобы я прекратила заниматься глупостями и почувствовала, что такое быть беременной. Так плохо я себя не чувствовала даже когда умирала после выброса энергии перед приездом Мирослава. Постоянная тошнота, отсутствие аппетита в первой половине дня, нападение голода и контроль желания объестся во второй половине дня.

Благодаря плохому самочувствию и приходу Чумы в страну, со службой сумела расстаться. Отправилась в родные стены, отец отвёз меня лично, задержался на неделю, а потом снова отбыл по своим делам.

Как замечательно было бы спокойно пожить дома, если бы мне дали это сделать. Видимо, у нас с Мирославом это какое-то проклятие, притягивать к себе внимание противоположного пола, вызывая болезненное влечение. Самым больным оказался удж-бей Балкан, надеюсь уже бывший удж-бей, потому что фактически Мурад Ибн Аббас нарушил перемирие и напал на княжество Роматии, на наше княжество, для того, чтобы выкрасть меня.

– Достопочтенная Агнета, пройдёмте со мной, пожалуйста!

После короткого стука в дверь зашёл визирь удж-бея. Этот человек был исполнителем похищения. Оказывается, не только мой далекий возлюбленный может блокировать магию, но и некоторые другие маги. Аль-Захрави, как оказалось, обладал особым талантом, а возможно двумя - он был магом земли и супрессором в одном лице, а Мирослав сумел играючи постыдить этого монстра на приёме при дворе Роматии.

Мирослав смог, я не смогла. Пока войска Каганата изображали активные глупые на первый взгляд действия по штурму семейного замка, со стороны пропасти в мой дом пробралась группа лазутчиков во главе с этим мерзавцем. Убивая всё на своём пути, меня взяли спящей в кровати, вынесли беспомощную с подавленным Даром.

– Ибн Исмаил, - уже не так сильно, но всё же скривился. Ему не нравилось, как я называла его по отцу.

– Не будет ли ваш господин, - ещё один укол в его величие, но тут он не реагирует. Может ему нравится подчиняться, - ревновать, если я позволю себе прогулки в вашем обществе?

Не сказать, что я получаю удовольствие от прогулок совместно с Мурадом Ибн Аббасом, но тот хотя бы привычен в своей приторной лести и перенолняющим его обожании. От внимания спасало меня всё ещё плохое самочувствие, позволяющее не выходить часто из комнаты. Идти куда-то с магом не хотелось, его я ненавижу, потому что боюсь.

– Господин лично просил меня сопроводить Вас.

Противная рожа.

– Девушки пойдут со мной?

Одну меня никогда не оставляли, не менее двух красавиц, именно красавиц, от таких Мирослава пришлось бы отгонять, всегда находились со мной, помогая со всеми моими нуждами. Они менялись, потому я не запоминала лиц, но роматский знала всегда как минимум одна из присутствующих. Складывается ощущение, что убж-бей готовился к моему приезду.